16 марта с.г. Центр социально-консервативной политики при содействии Секретариата Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) провел научно-практический семинар на тему: «Формирование устойчивых экспертных сообществ на пространстве Евразии и в рамках концепции Большого евразийского партнерства».
Мероприятие было посвящено роли и задачам экспертно-аналитического сообщества Евразии в условиях современных вызовов безопасности, в частности, в условиях эскалации военного конфликта на Ближнем Востоке.
В дискуссии приняли участие представители Секретариата и Объединенного штаба ОДКБ, научно-исследовательских институтов и аналитических центров, эксперты по вопросам безопасности.
Открывая семинар, руководитель Аналитической службы ОДКБ Юрий Шувалов заявил, что для перехода к новому, более безопасному и стабильному мироустройству необходим и незаменим постоянный экспертный диалог в евразийском формате: «Диалог, который бы имел устойчивые организационные формы, который бы опирался на возможности новых технологий, который ориентировался бы на поддержку восстановления и дальнейшего развития политического международного диалога. Такая платформа, экосистема экспертно-аналитического сотрудничества на сегодняшний день представляется крайне востребованной. На примере ситуации на Ближнем Востоке мы видим, как отсутствие настроя на диалог, срыв диалога ведут к нарастанию проблем и угроз, которые ставят под угрозу будущее всего мира».
Советник ОИСО Секретариата ОДКБ Наталья Харитонова указала на необходимость извлечения уроков прошлого для США в ходе военного противостояния с Ираном: «Те операции, которые проводились в отношении Ливии, Ирака, с Ираном не проходят. Если текущей администрации США не удастся купировать ситуацию и действительно победить в этой войне, а не просто назвать себя победителем, а на текущий момент победа — это только разблокировка Ормузского пролива, есть все шансы, что для США Иран станет «вторым Вьетнамом», который будет иметь крайне важное значение как внутриполитический фактор и обойдется стране очень дорого».
Координатор Исследовательской группы ЦСКП Леонид Горяинов подчеркнул важность совершенствования и адаптации экспертно-аналитической работы к актуальным вызовам: «Нам, безусловно, необходимы гибкие экспертные сети. Ключевое слово здесь — «сеть». Современные реалии показывают, что традиционные иерархические архитектуры утрачивают эффективность. Они оказываются недееспособными ни в военном, ни в гражданском смысле. Разумеется, элементы иерархии сохранятся, но сегодня на первый план выходит сетевая функция — способность к самоорганизации. Такие сети гораздо более адаптивны к событиям, которые зачастую разворачиваются абсолютно внезапно».
Представитель Центра кризисного реагирования ОДКБ Сергей Семенов отметил непредсказуемость текущей ситуации: «Она может резко поменяться. Тегеран сейчас, по сути, сражается в одиночку. А в современном мире, как мы можем наблюдать, во главу угла снова встает «право силы». Как только Иран сможет показать свою силу, как только противник понесет ощутимые потери, сценарий этой операции существенно изменится, и она может быстро завершиться».
Президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов подчеркнул необходимость наращивания политического и экспертного взаимодействия на многосторонних площадках, таких, как ШОС и БРИКС, в условиях текущего обострения конфликта: «Мы не видим признаков того, что великие державы — участницы этих объединений — продемонстрировали бы хотя бы видимость координации: обменивались бы информацией, мнениями или согласовывали свои действия в той или иной степени. То есть отсутствуют даже мягкие формы коалиционности перед лицом центральной проблемы».
В то же время, спикер обозначил существующие риски для США в случае затягивания конфликта: «В частности, можно утратить то, что мы наблюдаем сейчас — позицию патрона-защитника арабских монархий. И, в целом, подорвать уверенность в том, что быть союзником США — это безопасно и выгодно. Сегодня такую уверенность сохраняет, пожалуй, только Израиль, но для контроля над столь обширным регионом этого явно недостаточно. Поэтому возникает гипотеза о том, что «хвост виляет собакой»: сложилась ситуация, при которой Соединенные Штаты действуют во многом в интересах Израиля. В том числе потому, что считают экзистенциальные риски для Израиля неприемлемыми».
Доцент философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Борис Межуев выделил основные задачи экспертного сообщества на данном этапе: «Экспертное сообщество должно реагировать не менее оперативно, чем те субъекты, которые действуют непосредственно «на поле». В этом контексте нужно четко понимать несколько вещей. Во-первых, экспертное сообщество должно работать в непрерывном режиме — буквально ежедневно. Нельзя допускать запаздывания экспертной оценки. Во-вторых, необходимо очень четко отделять аналитику от пропаганды. Когда пропаганда начинает довлеть над аналитикой, профессиональная работа на этом заканчивается. В-третьих, в наше время эксперты не могут отказываться от публичной презентации своих результатов. Только открытое представление выводов в виде текстов, статей и глубоких исследований дает возможность заинтересованным лицам, принимающим решения, не игнорировать мнение экспертов».
Эксперт не исключил сценария наземной военной операции, при этом отметив, что: «Общественное мнение не обработано. Основная пресса в Америке против этой военной операции. Скорее всего, Трампу придется отступить, и для него это может закончиться политическим фиаско. Это не означает, что Америка откажется от самого плана. Наземная операция рано или поздно произойдет, как это было в Ираке. Это логическое следствие их действий».
Заведующий кафедрой истории стран Дальнего Востока СПбГУ Владимир Колотов рассказал о концепции «дуг нестабильности» и их влияния на текущие процессы на евразийском континенте: «Борьба за рынки сбыта и маршруты транспортировки — ключевые параметры мировой политики в настоящее время. В этом контексте дуги нестабильности служат инструментом большой игры, позволяющим ослабить противника чужими руками и подрывать неугодные интеграционные и инфраструктурные проекты. Основное правило заключается в следующем: ни один проект не может пересечь дугу нестабильности. Ни «Северный поток», ни транспортировка газа через Украину, ни ЕАЭС с Украиной в качестве члена, ни российские базы в Сирии, ни коридор «Север-Юг». Мы понимаем, на что направлена нынешняя дестабилизация Ирана — затруднить выход России и стран Центральной Азии в Индийский океан. Такова наша реальность».
Соучредитель и член Совета Международной ассоциации исследовательских агентств «Евразийский монитор» Игорь Задорин обратил внимание, что одним из главных военных преимуществ Ирана является сетевой характер системы управления государством: «С точки зрения социологии, Иран не побежден не только благодаря своим военным ресурсам, но и потому, что он удивительным образом способен сопротивляться благодаря своей сетевой системе управления. Военная доктрина, например, в США, в значительной степени ориентирована на тактику, известную как декапитация. Однако, с Ираном это не сработало. Оказалось, что внутреннее единство и возможность перевести систему управления в сетевой формат достаточно для сопротивления. Нет явного лидера, но есть сеть, которая не может быть легко уничтожена».
Устойчивость Иранского государства также отметил заместитель директора Института религии и права НИУ ВШЭ Денис Возилов. По его словам, успех Ирана связан с их идеологической устойчивостью, основанной на специфической «социалистической» версии, которая понимает свои цели и задачи: «Здесь также играют роль внутренние силы сопротивления, которые сохраняют волю к борьбе. Этот религиозный фактор способствует более успешному противостоянию. Для США существование сильных авторитарных лидеров, основанных на религии, совершенно неприемлемо, и они будут продолжать двигаться в этом направлении. Это касается и наших партнеров, таких как Индия, где наблюдается рост национализма и религиозного влияния. Китай не является религиозной страной, но некоторые исследователи рассматривают коммунизм как форму религии. Важно понимать, что у этих стран разные подходы и планы. Если внимательно изучить доклады, которые они делают открыто и в сетевом формате, можно понять их стратегию и направления дальнейшего объединения».
Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Омар Нессар в своем выступлении проанализировал сценарии развития Афгано-Пакистанского конфликта: «Я не вижу признаков того, что Пакистан ставит перед собой какие-либо серьезные цели. Однако если дело дойдет до этого, это безусловно приведет к потере контроля над территорией Афганистана со стороны центральных властей. Это, в свою очередь, может создать благоприятные условия для усиления террористических групп на севере Афганистана, что может представлять угрозу для нас. Более сложную картину я вижу в плане геополитики. В настоящее время нам удается лавировать, но не думаю, что это может продолжаться долго».
Директор НИИ социальной философии КИУ им. В.Г. Тимирясова Олег Агапов указал на необходимость «духовной мобилизации»: «Текущий конфликт является хорошим примером проявления США как протестантской империи. Союз между США и Израилем четко демонстрирует, что метафизический религиозный элемент никуда не делся. Важный момент для России касается прагматиков 90-х годов, которые утверждали, что бизнес решит все проблемы. Эти идеи похоронили многие возможности в рамках Большой Евразии. Экономикоцентризм оказался пагубным для нас. Если мы не увидим за экономикой большую культуру и не будем говорить о межцивилизационном пространстве Большой Евразии, то наши усилия будут безрезультатными.
Директор Института опережающих исследований имени Е.Л. Шифферса Юрий Громыко подчеркнул необходимость мобилизации экспертно-аналитического сообщества и создания актуальных форматов взаимодействия: «Мы стоим перед мультиинфраструктурной революцией, где три типа инфраструктур — связь, транспорт и телекоммуникации — начинают образовывать единство. Вопрос мирных условий существования связан с незыблемостью мультиинфраструктур, которые должны быть обозначены и относительно которых должны быть заключены договоры. Поэтому мне представляется, что сейчас одним из важнейших моментов является альтернатива Мюнхенской конференции в виде Иссык-кульской или какой-то другой. На мой взгляд, для создания ее повестки нужна специальная сессия для подготовки, где могли бы быть разработаны концепты с разными группами экспертов».
Заведующий отделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ Владимир Евсеев скептически оценил возможность крупномасштабной военной операции США: «Здесь необходимо учитывать множество факторов. В данной ситуации нет тупика, но крупномасштабные операции могут быть затруднены. Локальные военные операции могут проводиться, но они больше зависят от волонтеров. Что делать дальше? Мы будем продолжать сталкиваться с проблемами. С учетом действий иранской стороны и того, что было сделано, процесс насилия запущен, и количество погибших не имеет значения для продолжения конфликта».
Генеральный директор АО «ВО «МАШИНОИМПОРТ» Эльвира Атаева отметила роль экономического фактора, наряду с религиозным, в развитии ситуации на Ближнем Востоке: «Несмотря на то что выборы в Ираке прошли до Нового года, до сих пор не назначены министры. Правительство осталось в статусе-кво, и все находятся в ожидании дальнейших событий. Дело в том, что нынешняя верхушка страны шиитская, и государство Ирак очень связано с Ираном. Существует мнение, что если Иран не устоит, то и Ирак окажется в хаосе. У меня и у всех, кто там работает, есть полное ощущение, что, как всегда, за всеми разговорами скрываются более простые вещи. Есть религиозный фактор, который действительно играет роль, но за всем этим стоят более простые причины. Нефть — вот что действительно имеет значение, поскольку именно на Ближнем Востоке сосредоточена добыча нефти».
По словам старшего научного сотрудника Российского НИИ культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева Сергея Волобуева, «технократическая утопия», достигшая верховной власти, формирует свою ресурсную базу, совершенно не заботясь о других вопросах: «Государства, такие как Ирак и Иран, игнорируются. Существует явное пренебрежение к географии и политической реальности. Конечно, они все это знают лучше нас: где находятся реки и дороги, кто является лидерами мнений и на кого можно давить. Но никто не изучил и не координировал этот мир должным образом. Говорят, что там сидят люди, которые не читали карт и книг. В других регионах мира есть эксперты, которые понимают ситуацию. Пока не будет пройдена какая-то черта, мир не начнет целенаправленно двигаться вперед. Ситуация крайне трагическая, и никто не демонстрирует политическую волю к консолидации».
Советник Института ВЭБ.РФ Валерий Мунтиян обозначил взаимосвязь экономики и военной сферы: «В экономике существуют деловые циклы: фазы сжатия и восстановления. Как только начинается фаза сжатия, эксперты поднимают флажок, и сразу начинается военное наращивание. За всю историю это было так, и сегодня ситуация не изменилась. Несмотря на все разговоры, очевидно, что ресурсов больше нет — ни энергетических, ни редкоземельных. Только конфликты продолжают двигать экономику. Начнутся новые конфликты, и экономика будет заточена под это».
Председатель Медиасовета ТВ Родина Иван Новицкий осветил ключевые задачи, стоящие перед экспертным сообществом, в частности, в области здравоохранения: «Первое — это более активное привлечение экспертного сообщества к работе в рамках ОДКБ и в более широком формате ШОС. Это крайне важная тема. Мы хотели бы расширить состав участников, включив в него заслуженных деятелей науки, врачей и профильных специалистов. Второе — существует один возможный, крайне негативный сценарий. Если у США не будет получаться реализовать свои цели военным путем — будь то удары по Ирану или высадка десанта — медицинское сообщество не исключает, что они могут пойти ва-банк и спровоцировать еще одну пандемию. К этому нужно готовиться и медицинскому сообществу, и структурам безопасности. Третье — экологическая повестка и сотрудничество со странами Центральной Азии. Острейшей проблемой остается вопрос водных ресурсов. Эту тематику мы также можем передать на проработку нашему экспертному сообществу».
