По итогам реализации Акции в 2023 – 2025 годах 238 иностранных школьников из 15 стран стали участниками обучающих и культурных программ в МДЦ «Артек». 

В 2026 году Министерством просвещения Российской Федерации выделено 100 бесплатных путевок на седьмую смену (с 21-22 июня по 11-12 июля 2026 г.) для иностранных школьников-победителей. 

В рамках Акции пройдет конкурс для иностранных школьников 12 – 17 лет, включающий в себя наставнический, исследовательский и творческий модули:

• проведение участниками «Артековских уроков» в своих странах в формате «дети-детям»;

• исследовательская работа по поиску выдающихся личностей в истории своих стран, чья судьба была связана с МДЦ «Артек»;

• Представление результатов исследований об Артеке.

В ходе мероприятия с видеообращениями к участникам выступили Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров и Первый заместитель министра просвещения РФ Александр Бугаев.

В событии также приняли участие Член Бюро Высшего совета Партии Андрей Климов, Первый заместитель директора ФГБОУ «МЦД «Артек» Елена Живогляд, Председатель Совета молодых дипломатов МИД России Константин Колпаков, Координатор федерального партийного проекта «Мир возможностей» Роман Романов, Генеральный директор Центра социально-консервативной политики (ЦСКП) Людмила Шувалова, представители Россотрудничества. 

Были заслушаны выступления победителей Акции 2023-2024 гг., в частности, представители Индии, Беларуси, Армении, Монголии и других стран, которые поделились своими впечатлениями от пребывания в Артеке. 

На полях мероприятия было заключено соглашение между ЦСКП и АНО «Мир возможностей» об установлении долгосрочного партнерства и сотрудничества в рамках федерального партийного проекта «Мир возможностей». Таким образом, начиная с 2026 года ЦСКП стал одним из ключевых партнеров Акции. 

В своем выступлении Генеральный директор ЦСКП Людмила Шувалова отметила:

«Мы приняли приглашение с радостью: для нас это важное и актуальное направление, потому что дети — наше будущее, и от того, какое у них сложится миропонимание, зависит будущее мира в целом. «Артек» всегда прилагал усилия, чтобы это миропонимание у детей складывалось в атмосфере добрососедства, дружбы, взаимного уважения и взаимного интереса к культуре разных стран. 

ЦСКП на сегодняшний день сотрудничает со многими странами Глобального Юга, и одним из важных направлений такой работы является взаимодействие со странами Африки. Сегодня народы африканского континента проходят важный путь обретения суверенного развития, и в этих условиях мы видим большой, неподдельный интерес к России. Мы постараемся стать таким проводником для детей из Африки для их участия в проекте».

The panel discussion «International Expert Dialogue as a Space for Self-Organization and Cooperation» focused on the issues of self-organization of expert communities, the formation of independent narratives, the role of experts in the implementation of the Greater Eurasian Partnership project, the prospects for expert and analytical activities of international organizations and national research centers in Central Eurasia and the Global South.

The session was moderated by Sofia Kozlova, CSCP communications chief. In her opening remarks, she noted that such platforms for expert interaction as the Global South Think Tanks Alliance, where the CSCP has been a member since 2024, as well as the Association of CSTO Think Tanks, the work on the establishment of which was initiated in 2025, seem to be promising network structures of a multipolar world. 

Opening the session, Lyudmila Shuvalova, Director General of the CSCP stressed that international expert dialogue is now becoming an integral tool for developing responsible decisions that go beyond the boundaries of nation states: «Over the past few years, we have been witnessing an intensification of the processes of self-organization of expert communities. The subject of expert dialogue is increasingly becoming fundamental issues, the solution of which will require international discussion and a joint search for solutions. In conditions when the world and social processes are becoming more complex, international expert dialogue is becoming more and more in demand.»

Bakhtiyor Ergashev, Director of the Ma’no Center for Research Initiatives (Uzbekistan), focused on the need for the countries of the Global South to develop their own intellectual approaches and fill institutional forms of cooperation with real content: «The main task of think tanks in the Global South is to stop taking on faith narratives created from the outside and acting according to them.

In his speech, Rustem Kurmanguzhin, Associate Professor at the School of Humanities of Narxoz University (Kazakhstan), outlined the problem of fragmentation of expert agendas and the importance of developing the main topics for joint analytical work: «An expert cannot work on all issues, he must sit down and delve into something. Therefore, it is very good that there are many dialogue platforms, but, as an expert, I sometimes get lost. In the Eurasian space, it is necessary to identify priority issues on which the attention of experts should be focused.»

Liu Yanchun, Deputy Director of the Institute of the Russian Language of Dalian Foreign Studies University (China), devoted her speech to the cooperation of universities in the Global South as a strategic basis for intellectual independence: «South-South cooperation in the field of knowledge is a way to overcome the center-periphery model and form our own knowledge production system of the countries of the Global South.»

Director of the Center for Central Eurasian Studies at the University of Mumbai (India), Sanjay Deshpande emphasized the common historical experience of the countries of the Global South and Eurasia and their desire for multipolarity: «The Global South and Central Eurasia are united by the desire for sovereign choice, equal partnership and a fair architecture of international relations.»

In her speech, Ekaterina Ivanova, Consultant to the CSTO Secretariat, outlined the role of the expert community in shaping the future architecture of Eurasian security: «The future Eurasian security system is not a rigid hierarchy, but an open network where expert communities become a connecting fabric and a generator of solutions.»

Siarhei Viarheichyk, Advisor to the Secretariat of the Shanghai Cooperation Organization (SCO), shared his experience in institutionalizing expert and analytical work and stressed the importance of the principle of consensus: «The expert community should form the agenda itself and promote it – this is how ideas get a chance to be converted into practical solutions.»

Natalia Pomozova, Professor at the Russian State University for the Humanities, identified the ethics of artificial intelligence as one of the key topics for future expert cooperation: «The threats posed by artificial intelligence are of the nature of ‘there is a threat, but there is no subject’, and this requires the consolidation of analytical efforts at the international level.»

In her speech, Diana Devyatkina, Head of the Eurasian Club of the Diplomatic Academy of the Ministry of Foreign Affairs of the Russian Federation, operated under CIS Executive Committee, spoke about working with young people and forming the future expert generation: «The expert community is impossible without the continuity of generations – it is the practice-oriented environment that forms future analysts.»

Yulia Berg, founder of the GlobUs expert club, noted the resilience of expert networks in the face of trade wars, geopolitical and diplomatic turbulence: «Expert communities have proven that even in the face of a break in traditional communication channels, they are able to maintain a dialogue and provide knowledge sharing, as well as analytical support for the decision-making process.»

Vladimir Rumyantsev, founder of the Digital Platforms Foundation for the Development of the Digital Economy, noted the problem of advanced expertise in the expert circles of Eurasian countries: «On the one hand, we have formal structures – the Academies of Sciences, which claim this by default. But, on the other hand, we understand that really advanced expertise is most often not there. It makes sense to expand this framework in order to involve truly professional experts in this work.»  

Andrey Kuleshov, Director for Strategy and Development of the Common Fund for Commodities, drew attention to the fact that the platform of the Common Fund for Commodities, established under the auspices of the UN and engaged in direct investment in the raw materials sector of developing countries, provides additional opportunities for the Global South: «The organization unites 101 states, and 2/3 of them are countries of the Global South, which, in fact, constitute a constitutional majority. In principle, countries in the Global South can use the Fund to advocate for their interests.»

The prospects for the development of the Greater Eurasian Partnership as a space of shared responsibility for a secure future, the experience and problems of expert and analytical activities of international organizations and national research centers of Central Eurasia were in the focus of attention of the participants of the panel discussion «Central Eurasia as the core of the Greater Eurasian Partnership». 

The moderator of the section, PR head of the CSTO Secretariat, Yuri Shuvalov, opening the discussion, noted that Russia and its partners have approached a decisive stage in the formation of a new world order, the contours of which have not yet acquired a stable architecture: «Firstly, we are witnessing an irreversible process of the final destruction of the unipolar model of the world order. Second, the world is not just becoming less predictable, it is becoming fundamentally more dangerous. New technologies are fundamentally changing the nature of conflicts, and challenges such as water and biosecurity require urgent, proactive solutions. At the same time, the traditional institutions of international law demonstrate serious failures.»

Dmitry Novikov, a leading researcher at the Center for Central Asian Studies of the Institute of China and Modern Asia of the Russian Academy of Sciences, focused on the key role of think tanks in the formation of Eurasian identity: «Over the past 10 years, think tanks have played almost a key role in spreading the Eurasian narrative, at least within the framework in which it exists. The next stage should be the expansion of high-quality ties between think tanks and their transformation into more systematic, networked formats.»

Eduard Solovyov, Head of the Center for Post-Soviet Studies at the Institute of World Economy and International Relations of the Russian Academy of Sciences, pointed to the increased risks of global instability and the need to rationalize international processes: «The modern world has become less manageable and more dangerous, and it is the expert community that should look for ways to make international relations more predictable.». He also noted that the departure from the Western-centric model of integration determines the need to form their own self-sufficient narratives.

Rector of the Russian State Social University, Academician of the Russian Academy of Arts Andrei Khazin pointed to the need to work to popularize Russian education in friendly countries: «A significant part of the influence in the post-colonial world of those countries that were the metropolises of vast world spaces is due to the fact that they still remain centers of education for the younger generation of the ruling elites of their former colonies. It seems to me that the export of Russian education to those countries is an extremely important state task.» 

Dean of the Faculty of International Relations and Oriental Studies of the Kyrgyz National University named after J. Balasagyn Esen Usubaliev stressed the importance of forming scientific and analytical centers at universities in Central Eurasia: «They have the potential to have a more significant and sustainable impact on the socio-political mood in society, while having a large research and human resource, predictable in terms of preserving and defending interests, and are more flexible in terms of decision-making, since they are devoid of many bureaucratic conventions. Moreover, it is also a human resource of experts for the common information space.»

Bishop Savvaty of Bishkek and Kyrgyzstan pointed out the complexity and multidimensionality of the multipolar model: «The post-unipolar world should not be broken into atoms and distanced itself. It is necessary to build a certain configuration in the relations between the subjects of the geopolitical space. These subjects are the state, religion, and ethnic groups.»

Director of the Information and Analytical Department of the CIS Executive Committee Alexander Matyash noted that when discussing the future of Greater Eurasia, it is important to rely on the existing integration institutions and soberly assess the complexity of this path: «When forming the Greater Eurasian space, we must start from those institutions that already exist and are the foundation of this process — primarily the CIS, the EAEU and the CSTO.»

Denis Vozilov, Deputy Director of the Institute of Religion and Law at the Higher School of Economics, noted that further analytical activities will be built around the protection of traditional spiritual and moral values: «And here it is important to interact with expert centers of the CIS countries and other countries of Eurasia, as well as with young people who come to study in Russia.» 

Sergey Baranov, an expert analyst at the Expert Institute for Social Research, stressed the need to form a unifying agenda in Eurasia: «It is important for us to preserve Eurasia as a kind of «free zone» where all social types, cultures, and religions are taken into account and respected. This is what the idea of Eurasia should be. If we want to develop a system of think tanks, we must offer something that will be understandable and close to all states and peoples of the continent.»

Boris Mezhuev, Associate Professor at the Lomonosov Faculty of Philosophy, also drew attention to the importance of finding sources of integration in the Eurasian expert community: «Now we are still reaping the favorable fruits of the fact that we are still in some tension towards the West. We need to look for some kind of «global agenda» that can unite different peoples, preventing them from clashing with each other, when it becomes clear that the external forces that unite everyone are leaving.»

Vladimir Izotov, Leading Research Fellow at the Department of Economic Research of the Institute of Europe of the Russian Academy of Sciences, touched upon the key problem of inter-university cooperation in Eurasia: «Unfortunately, the variety of existing formats of cooperation – network universities, bilateral partnership of universities – cannot be translated into quality. A conflict of interest arises, and a different vision of the educational agenda arises, even within the framework of post-Soviet integration. As a result, the international educational agenda remains at the level of bilateral cooperation. This must be solved at least within the framework of the EAEU, and then try to scale.»

Topical areas for collective expert research, the impact of foreign policy and foreign economic trends on the development of decisions on the internal contour, and the prospects for the formation of integral expert formats were in the focus of attention of the participants of the expert session «Intellectual Clubs of Eurasian Countries at the Junction of Domestic and Foreign Policy».

Opening the section, the moderator of the S.P. Kurdyumov Sretensky Club, Larisa Kolesova, drew attention to the factors of anthropic transition, the formation of a unique Man and the formation of a network stage of social development, characterized by the interaction of natural, man-made and social networks, as well as the role of Eurasia in global processes: «Eurasia is the only continent that has formed a human-centric approach. In this context, the formation of the Eurasian expert community is becoming a necessary element of development.»

Igor Zadorin, co-founder and member of the Council of the International Association of Research Agencies «Eurasian Monitor», presented the results of a study of communications between scholars in the humanities of the CIS countries: «Belarus and Kyrgyzstan are more focused on interaction with colleagues from Russia. Azerbaijan and Armenia are more involved in projects with the countries of Western Europe and North America. Kazakhstan is in an intermediate state, experts record an even distribution of communication with both Russian, Western European and American colleagues. Russian experts unexpectedly demonstrated a rather isolationist position. Perhaps we should rethink this paradigm.»

Dmitry Zolotarev, Advisor to the General Director of the CSS Group of Companies, described the outgoing world order: «The previous stage was the stage of universal unification, a single universal value, where the goal of life is maximum comfort. It was characterized by a single technical and technological standard, money as a universal measure of everything. Free movement of people, capital, production. The new stage implies that each macro-region will have its own model, different from the others.»

Valery Muntiyan, Advisor to the VEB.RF Institute, stressed that the faults of the existing unipolar world order can now be traced along the line of continents: «But sooner or later, the world will still return to the «polar» system, because this is what nature provides. Therefore, it is extremely important for us what the new order will be, how it will differ from the existing one, on what principles, worldview, system of meanings and values it will be built. We need to be directly involved in this.» 

In his speech, the founder of GR-Group, Andrey Gromov, drew attention to the strengthening of neocolonial practices and external pressure on states, proposing a way to solve the problem: «In fact, any economic benefits and preferences today are given from the outside, and in a package with reforms, which often mean a violation of the social contract between the state and society, as well as a reduction in social benefits: raising the retirement age, reducing social benefits,  maternity leave and medical care. New concepts are expected in all developing countries, especially in those that continue to be subjected to the most severe colonial pressure. We need to act more broadly and openly, promote our position and bold ideas.»

In his speech, Alexander Piskunov, Chairman of the Executive Committee of the Analytics Association, spoke about the levels of goal-setting and development management, and also proposed the principles for the formation of institutions for solidarity development in Eurasia.

Olga Rink, Deputy Head of the Laboratory «Machine Learning and Semantic Analysis» of the Institute of Artificial Intelligence of Lomonosov Moscow State University, presented the results of the study «Methodology for Identifying Compliance with Socio-Cultural (Universal) Values», where she presented the results of AI training on recognition in texts and distribution of values into categories using a rubricator. She also spoke about the current work of the laboratory and suggested potential areas for joint research.

The participants noted the need to move from declarative forms of cooperation to substantive expert and analytical work aimed at forming the Greater Eurasian Partnership, establishing their own intellectual base and strengthening security in the Eurasian space. The potential of the Issyk-Kul Expert Initiative, supported by experts from the CSTO member states in June 2025, as well as the concept report «Greater Eurasian Partnership: Shared Responsibility for a Secure Future» was noted. 

В рамках пленарного заседания были заслушаны выступления секретаря Шанхайского муниципального комитета КПК Чэнь Цзинина, заведующего Международным отделом ЦК КПК Лю Хайсина, государственных и партийных деятелей, руководителей ведущих научно-исследовательских и экспертно-аналитических центров стран Глобального Юга.

На мероприятии состоялось торжественное учреждение Секретариата Альянса аналитических центров Глобального Юга, который будет находиться в Фуданьском университете. Было принято решение расширить географию проведения последующих заседаний Диалога на другие страны Глобального Юга. 

В рамках панельных дискуссий состоялось обсуждение вопросов реализации Инициативы глобального управления Председателя КНР Си Цзиньпина, ответственности политических партий стран Глобального Юга в эпоху перехода к многополярному миру, роли экспертно-аналитического сообщества в реализации интеграционных проектов в Евразии, углубления кооперации «Север-Юг», «Юг-Юг» и др.

Основная часть индийской группы — представители строительной отрасли Гуджарата и смежных отраслей. Это неслучайно, так как за несколько дней до встречи в ЦСКП делегация приняла участие в работе XVI Всероссийской конференции «Российский строительный комплекс», завершившей свою работу 26 сентября в Санкт-Петербурге.

ЦСКП как соорганизатор поездки делегации в Россию организовал встречу с тем, чтобы обсудить перспективы развития российско-индийского взаимодействия на межрегиональном уровне в части, касающейся обмена опытом деятельности институтов местного самоуправления, а также развития сотрудничества в области образования, культурных и молодежных обменов, двустороннего туризма, взаимовыгодного сотрудничества в экономической, в частности, строительной сфере.   

С приветственным словом выступила Главный советник департамента, курирующего российско-индийские отношения МИД России Н.М.Мгеладзе, Генеральный директор ЦСКП Л.В.Шувалова, член совета по финансово-промышленной и инвестиционной политике ТПП России Е.Г.Галибина, глава московского представительства «Международной организации развития БРИКС» В.Я.Романцев, руководитель «BRICS GLOBAL» Джафер Хусейн Мохамедхусейн, представители руководства отечественных торгово-производственных, логистических, оптово-распределительных компаний, в основном, связанных со сферой строительства. Деловую часть встречи вели и сопровождали соответствующими комментариями Заместитель директора ЦСКП по международному сотрудничеству, Директор временного офиса ЦСКП в Гуджарате А.В.Евтух и Заместитель директора временного офиса ЦСКП Мехул Равал.

Было отмечено, что исторически сложившиеся российско-индийские отношения играют огромную роль в нынешний период формирования мультиполярной архитектуры международных отношений, в выстраивании и укреплении отношений между странами в формате стран Глобального Юга и развитии соответствующих институтов, в первую очередь, БРИКС. Особо выделили роль общественной дипломатии в деле сближения народов заинтересованных стран и ее влиянии на формирование международной повестки по линии гражданского общества, включая вопросы безопасности, солидарного развития, социальной политики, экологии, науки и культуры.

Во второй части встречи прошла серия переговоров между потенциальными партнерами в двустороннем формате, касавшихся непосредственно деловой сферы.

 В завершение участники мероприятия выразили общее мнение о том, что прошедшая встреча открывает новые возможности сотрудничества со штатом Гуджарат по целому перечню перспективных направлений и наполнит дополнительным содержанием углубляющееся в последние годы стратегическое партнерство России и Индии.

On September 29, the Center for Social and Conservative Politics hosted a meeting with an Indian delegation representing Gujarat, one of the leading states of the country in terms of the level and diversity of industrial production, agriculture, energy, transport, and tourism. The head of the delegation, Paresh Desai, Vice-President of the All-India Panchayat Parishad (system of local governments), as well as the President of the Panchayat Parishad Gujarat Pradesh, a well-known entrepreneur, made a meaningful report on the importance of dialogue between our countries, the possibilities of trade, economic and other types of cooperation, and also introduced the Indian participants of the meeting. 

The main part of the Indian group is representatives of the construction industry of Gujarat and related industries. This is no coincidence, since a few days before the meeting at the CSCP, the delegation took part in the XVI All-Russian Conference «Russian Construction Complex», held on September 26 in St. Petersburg.

As a co-organizer of the delegation’s visit to Russia, CSCP organized a meeting to discuss the prospects for the development of Russian-Indian cooperation at the interregional level in terms of the exchange of experience in the activities of local self-government institutions, as well as the development of cooperation in the field of education, cultural and youth exchanges, bilateral tourism, mutually beneficial cooperation in the economic, in particular, construction sphere.   

Welcoming remarks were made by Chief Adviser to the Department in charge of Russian-Indian Relations of the Ministry of Foreign Affairs of the Russian Federation Nana Mgeladze, Director General of CSCPLyudmila Shuvalova, Member of the Council for Financial, Industrial and Investment Policy of the Chamber of Commerce and Industry of the Russian Federation Yelena Galibina, Head of the Moscow Representative Office of  the BRICS Development Organization Vladimir Romantsev, and Head of BRICS GLOBAL Jafer Hussain Mohamedhussein, representatives of the management of domestic trade and production, logistics, wholesale and distribution companies, mainly related to the construction sector. The business part of the meeting was chaired and accompanied by relevant comments by the Deputy Director of the CSCP for International Cooperation, Director of the CSCP Temporary Office in Gujarat A.V. Evtukh and the Deputy Director of the CSCP Temporary Office Mehul Raval.

It was noted that the historically established Russian-Indian relations play a huge role in the current period of the formation of a multipolar architecture of international relations, in building and strengthening relations between countries of the Global South and the development of relevant institutions, primarily BRICS. We emphasized the role of public diplomacy in bringing together the peoples of interested countries and its impact on the formation of the international agenda through the civil society, including issues of security, solidarity development, social policy, ecology, science and culture.

In the second part of the meeting, a series of negotiations were held between potential partners in a bilateral format, directly related to the business sphere.

 In conclusion, the participants of the event expressed a common opinion that the meeting opens up new opportunities for cooperation with the state of Gujarat in a whole range of promising areas and will fill with additional content the strategic partnership between Russia and India, which has been deepening in recent years.

Это очередная встреча, проведенная в смешанном формате, организованная ЦСКП совместно с Экспертным клубом «Глобус», в которой приняли участие международные эксперты в области кибербезопасности, политических и социальных наук, финансово-экономической сферы, а также специалисты по международному праву.

On September 4, 2025, a round table was held in Moscow on the topic: «Artificial Intelligence: Balance between Innovation and Security. Discussion about the Future», organized by the Center for Social and Conservative Politics (CSCP) and the Globus expert club.

The event was attended by leading international experts in the field of cybersecurity, economics, finance, law, political and social sciences.

Соведущими традиционно выступили руководитель отдела коммуникаций ЦСКП Софья Козлова и основатель клуба «Глобус» Юлия Берг. 

Софья Козлова напомнила о том, что развитие искусственного интеллекта (ИИ) стало одной из важных тем завершившегося в китайском Тяньцзине саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Не случайно в его итоговой декларации страны-участницы выразили готовность совместно работать над предотвращением возможных рисков, связанных с разработками ИИ. Речь идет о повышении уровня безопасности такой деятельности и контроле над ней, надежности создаваемых алгоритмов, прозрачности в работе вовлеченных научных и IT структур, иными словами, о том, чтобы технологии искусственного интеллекта служили во благо и на пользу всему человечеству.

«Кроме того, государства ШОС поддержали инициативу о создании Глобальной организации по искусственному интеллекту, призванной стать «точкой сборки» для координации международных усилий по всему спектру вопросам, касающихся развития ИИ, обеспечения равного доступа к данным технологиям и возможностей их развития во всех странах, особенно государствах с переходной экономикой. Очевидно, что успешная реализация этой инициативы станет важным шагом на пути к снижению зависимости от сегодняшнего технологического доминирования отдельных стран и, в целом, формированию справедливого многополярного мира».

Sofia Kozlova recalled that the development of AI was one of the key topics of the Shanghai Cooperation Organization (SCO) summit held in Tianjin, and in its final declaration the member states noted their readiness to work together to prevent risks in order to continuously improve security, accountability, reliability, transparency, inclusiveness, trust, fairness of AI technologies for the benefit of all humanity. 

«What is more, the SCO states supported the initiative to create a Global AI Organization, a key platform for coordinating efforts on all issues of AI development, ensuring equal access to AI technologies and opportunities for their development for all countries, especially for countries with emerging markets, and will be an important step towards reducing dependence on the technological dominance of individual countries and towards the formation of a multipolar world as a whole».

Юлия Берг, в свою очередь, подчеркнула, что стремительное развитие технологий ИИ требует адекватного этического и правового регулирования, учитывая, что они все глубже проникают в повседневную жизнь человека и начинают принимать участие в ее изменении.

«Если мы не начнём регулировать ИИ сейчас, следующие поколения вырастут в реальности, которую просто не смогут критически оценить. Традиционный тип обучения, работы с информацией будет становиться всё менее актуальным. С одной стороны, это открывает множество возможностей, поскольку часть работы теперь можно выполнить с помощью искусственного интеллекта. Но в то же время, с точки зрения ценностных ориентиров, этических стандартов, то, что предлагает ИИ, не всегда соответствует запросам» — обратила внимание эксперт.

Berg, in turn, stressed that the rapid development of AI requires urgent ethical and legal regulation, especially when technologies are increasingly penetrating into everyday life and are beginning to regulate it.

«If we don’t start regulating AI now, the next generations will grow up in a reality that they can’t critically evaluate. The traditional way of learning and working with information will become less and less relevant. On the one hand, this opens up a lot of possibilities, as some of the work can now be done with the help of artificial intelligence. But at the same time, in terms of key benchmarks and even ideological, ethical standards, what AI offers does not always meet the demands.»

Профессор факультета глобальных процессов МГУ им. М.В.Ломоновова Симоне Монтиккьо (Италия) прямо заявил, что быстрое и мощное развитие ИИ, при открывающихся колоссальных позитивных возможностях, несет и беспрецедентные угрозы безопасности человека, например, в части организации различных форм воздействия: кибератак, агрессивного распространения дезинформации, создания фактически интеллектуально-информационного оружия.

«Без международного регулирования «гонка вооружений» в области ИИ может привести к так называемым «флеш-войнам» и, в результате, — к потере контроля над существующими системами, а значит, в принципе, к подрыву стабильности и безопасности всего человечества», – подчеркнул Симоне Монтиккьо.

Simone Monticchio, Professor at the Faculty of Global Processes at Moscow State University, noted that the rapid development of AI brings both colossal opportunities and unprecedented threats to security, especially in the field of cyberattacks, disinformation and autonomous weapons.

«Without international regulation, the AI arms race could lead to «flash wars» and the loss of control over systems that could undermine the stability and security of humanity,» Monticchio said.

Руководитель Центра геоэкономики Глобального Юга Мохаммед Сакиб (Индия) подчеркнул, что многие страны Глобального Юга находятся потенциально в весьма уязвимом положении, просто потому что «ИИ в их случае может стать инструментом прорыва в будущее, а может и обернуться новой формой колонизации».

«Нам нужно объединиться, чтобы ИИ в первую очередь стал двигателем социального прогресса, а не только средством извлечения дополнительной прибыли, как, например, для Запада. В противном случае нас ждёт цифровое закабаление».

Mohammed Saqib, Convenor of the Center of Geoeconomics for the Global South, stressed that the countries of the Global South are at a crossroads: AI can become either a tool for a breakthrough or a new form of colonization.

«We need to unite so that AI becomes an engine of social progress, and not just a means of making a profit, like, for example, for the West. Otherwise, we will face digital enslavement.»

Основатель и генеральный директор Simulacra.X Насер Бостан (ОАЭ) заявил, что «человечество подошло к двум «красным линиям» в развитии ИИ — способности его самоусовершенствования и самовоспроизведения. Только это сулит беспрецедентные риски для кибербезопасности и самого существования человечества».

«ИИ уже сейчас способен создавать копии себя и оптимизировать собственные алгоритмы без участия человека. Это не фантастика — это реальность, и, если не установить жёсткие рамки на этом пути, мы можем потерять контроль над функционированием практически всех систем, в случае начала их бесконечного и бесконтрольного реплицирования».

Nasser Bostan, founder and CEO of Simulacra.X (UAE), said that there are two «red lines» in the development of AI — the ability to self-improvement and self-replication, which creates unprecedented risks for cybersecurity and humanity.

«AI can already make copies of itself and improve its algorithms without human intervention. It’s not fiction — It’s reality, and if we don’t set a rigid framework, we could lose control of systems capable of infinite proliferation.»

Старший банкир, основатель Ting Lan Healing Вивиан Даньхун Чжан (Китай) обратила внимание, что в условиях развивающейся многополярности и консолидации стран Глобального Юга задействование ИИ в деятельности мирового финансового сектора станет, в том числе, одним из катализаторов строительства архитектуры нового мирового порядка. При этом, возможности межязыковой коммуникации станут «на порядки шире по отношению к имеющимся сегодня».

«ИИ даст возможность находить наиболее эффективные пути расчётов вне доллара, выбирать безопасные юрисдикции для хранения активов. В итоге, — будет способствовать более глубокому взаимопониманию между представителями делового мира, а далее, и представителей всех категорий общества разных стран», – подчеркнула эксперт.

Senior banker, macroeconomics researcher, founder of TingLan Healing (China) Vivian Danhong Zhang noted that in the context of multipolarity and the unification of the countries of the Global South, the integration of AI into the financial sector will become a catalyst for a new architecture of the world order, and the possibilities of interlinguistic communication will become wider.

«AI will make it possible to find the most effective ways to make payments outside the dollar, choose safe jurisdictions for storing assets and build a deeper understanding between peoples,» the expert emphasized.

Исполнительный вице-председатель Института Марга Амар Кристофер Гунатиллеке (Шри-Ланка) подчеркнул, что для стран Глобального Юга искусственный интеллект — «это не просто одна из технологий, но экзистенциальный вызов», требующий регулирования и равного доступа к ИИ.

«Если мы не обеспечим справедливый доступ и, главное, человеческое лидерство в оперировании с технологиями ИИ, то существующее неравенство будет усугубляться, станет подрываться социальная стабильность там, где она есть и так далее. Таким образом, велика опасность, что из эффективного союзника ИИ превратится в очередной инструмент дискриминации».

Amar Christopher Gunatilleke, Executive Vice Chairman of the Marga Institute (Sri Lanka), stressed that for countries in the Global South, artificial intelligence is not just a technology, but a challenge that requires ethical regulation and equal access:

«If we don’t ensure equitable access and human leadership, AI could deepen inequalities and undermine social stability, transforming itself from an ally to a tool of exclusion.»

Международный юрист, политический консультант Арно Девеле (Франция) заявил, что стремительное развитие ИИ «ведет, фактически, к юридической революции», поскольку требуется капитальный пересмотр принципов авторского права, гигантская правовая работа по созданию системы защиты данных, установления ответственности за действия автономных систем и многое другое.

«Уже сегодня суды перегружены исками к OpenAI и NVIDIA, однако существующая законодательная система до сих пор не определяет, кто виноват, когда ИИ нарушает права, дискриминирует или, даже, убивает — его разработка, приведенные им данные или пользователь? Этих и подобных вопросов великое множество, а возникающие ситуации необходимо регулировать здесь и сейчас».

International lawyer, political consultant Arnaud Develay (France) said that the rapid development of AI is causing a legal revolution that requires a review of copyright, data protection and the establishment of responsibility for the actions of autonomous systems.

«The courts are overwhelmed with lawsuits against OpenAI and NVIDIA, but the laws still don’t define who is to blame when AI infringes, discriminates, or kills — the development, the data, or the user? These issues need to be regulated.»

Mohammed Saqib, Secretary General of the India China Economic and Cultural Council, Convenor of the Center of Geoeconomics for the Global South, answered questions from the editorial board of the information and analytical publication «Allies. CSTO»

«Союзники. ОДКБ»: На Экономическом форуме Глобального Юга-2025 в Абу-Даби Вы сказали: «Мир стоит на пороге нового экономического порядка… у стран Глобального Юга достаточно голоса, чтобы коллективно принимать собственные решения». Как вы согласуете это видение с сохраняющимися структурными проблемами, такими как доминирование западных финансовых институтов? Какие конкретные механизмы – например, дедолларизация через БРИКС или инвестиционные коридоры Юг-Юг – могут ускорить становление подлинной многополярности?

At the 2025 Global South Economic Forum in Abu Dhabi, you declared: «The world is on the cusp of a new economic order… the Global South has enough voice to collectively make our own decisions». How do you reconcile this vision with persistent structural challenges like the dominance of Western financial institutions? What concrete mechanisms – such as de-dollarization via BRICS or South-South investment corridors – can accelerate true multipolarity?

Мохаммед Сакиб: Видение Глобальным Югом нового экономического порядка набирает силу. Однако доминирование западных финансовых институтов сохраняется. Инициативы под эгидой БРИКС, такие как усилия по так называемой «дедолларизации» (BRICS Pay, торговля в национальных валютах), — это шаг к финансовой автономии. Кроме того, инвестиционные коридоры Юг-Юг, такие как Новый банк развития (НБР) и Инициатива «Пояс и путь» (BRI), создают инфраструктуру и укрепляют экономические связи.Для ускорения процессов многополярности требуется значительная политическая воля. Страны Глобального Юга должны тесно координировать действия, углублять политические реформы. Им необходимо работать над цифровыми валютами для подрыва гегемонии доллара, создать альтернативу системе SWIFT, формировать региональные рынки и стратегически объединять ресурсы, чтобы устранить структурные барьеры и создать более справедливую глобальную экономику.

The Global South’s vision for a new economic order is gaining momentum. However, the dominance of Western financial institutions remains. BRICS-led initiatives, so-called “de-dollarization efforts” like BRICS Pay and local currency trade, are a step towards financial autonomy. Furthermore, South-South investment corridors, such as the New Development Bank and BRI, are steps to build infrastructure and economic ties.

To accelerate multipolarity, a great deal of political will is required. The Global South must work in close coordination and deepen policy reforms. They must work on digital currencies to challenge the dollar’s hegemony, create a rival to SWIFT, build regional markets, and strategically pool their resources to dismantle structural barriers and create a more equitable global economy.

«Союзники. ОДКБ»: Индия активно участвует в механизмах безопасности ШОС, но не имеет институциональных связей с ОДКБ, несмотря на общие приоритеты, такие как борьба с терроризмом и наркотрафиком. Учитывая доктрину Индии о «стратегической независимости» и общие с членами ОДКБ региональные угрозы, какие практические рамки могут обеспечить прямое сотрудничество Индии и ОДКБ?

India participates actively in the SCO’s security mechanisms but has no institutional linkage to the CSTO, despite overlapping priorities like counter-terrorism and combating drug trafficking. Given India’s doctrine of «strategic autonomy» and its shared regional threats with CSTO members, what practical frameworks could enable direct India-CSTO cooperation?

Мохаммед Сакиб: Индия высоко ценит стратегическую независимость и гибкость. Однако она сталкивается с серьезными вызовами терроризма и наркотрафика. Это также создает возможность и необходимость для прочного сотрудничества с Организацией Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).Я считаю, что Индии следует предпринять эффективные шаги, такие как заключение соглашений об обмене разведданными с государствами-членами ОДКБ, проведение совместных антитеррористических учений и получение статуса наблюдателя для Индии в ОДКБ. Эти меры помогут нам лучше взаимодействовать и укрепят внеблоковую позицию Индии.

India strongly values strategic independence and flexibility. However, India faces serious challenges from terrorism and drug trafficking. These also provide an opportunity and need for strong cooperation with the Collective Security Treaty Organization (CSTO).

I believe India should take effective steps, such as establishing intelligence-sharing agreements with CSTO member states, conducting joint counter-terrorism exercises, and seeking observer status for India in the CSTO. These actions will help us work better together and strengthen India’s non-aligned position.

«Союзники. ОДКБ»: Прогнозы ООН и Института мировых ресурсов (WRI) указывают, что к 2030 году 47% мирового населения столкнется с нехваткой воды, причем 100% стран Ближнего Востока и Африки будут испытывать «чрезвычайно высокий дефицит воды». Для Глобального Юга – где 1,7 миллиарда человек уже живут в условиях острого дефицита воды – это угрожает продовольственной безопасности, миграционным кризисам (до 700 миллионов климатических мигрантов к 2050 году) и конфликтам, подобным тем, что происходят в бассейнах Нила или Инда. Как странам Глобального Юга перейти от точечных решений к стратегической водной безопасности? Какие модели управления (например, сингапурская модель «Четырех кранов») или технологии (такие как децентрализованные системы рециклинга воды Hydraloop) можно масштабировать с учетом ограниченных финансов и инфраструктуры?

UN and World Resources Institute projections indicate that by 2030, 47% of the global population will face water scarcity, with 100% of Middle Eastern and African countries experiencing ‘extremely high water stress’. For the Global South – where 1.7 billion people already live in acute water scarcity – this threatens food security, migration crises (up to 700 million climate migrants by 2050), and conflicts like those in the Nile or Indus basins. How can Global South nations shift from patchwork solutions to strategic water security? Which governance models (e.g., Singapore’s ‘Four Taps’) or technologies (such as decentralized Hydraloop water-recycling systems) can be scaled given limited finances and infrastructure?

Мохаммед Сакиб: Это важная и сложная проблема. Во всем мире используются различные технологии и модели управления водными ресурсами. Каждой стране необходимо выбрать для себя устойчивую модель и сотрудничать с другими государствами. Например, Комплексное управление водными ресурсами (КУВР) в бассейне реки Сенегал способствует справедливому трансграничному сотрудничеству.

Управление водными ресурсами, государственное администрирование и коррупция являются серьезными проблемами. Модели управления, такие как сингапурская модель «Четыре национальных крана» (как вы упомянули), включающая сбор воды с местных водосборов, импорт воды, переработку в NEWater и опреснение, дают ценные уроки. Доступные варианты, такие как сбор дождевой воды и децентрализованные системы Hydraloop, способны перерабатывать до 85% бытовой воды. Технологии, например, двойственные ионные (zwitterionic) мембраны для очистки сточных вод и солнечные водораспределительные сети, хорошо работают в условиях ограниченных ресурсов.Финансирование — еще одна серьезная проблема для этих стран. Необходимо искать инновационные методы финансирования, такие как климатические облигации и государственно-частное партнерство, как в проектах по очистке сточных вод в Чили. Общественные инициативы, такие как мониторинг воды силами граждан в Сьерра-Леоне, и региональные усилия, такие как Инициатива по водным ресурсам Южной Азии, помогают повысить устойчивость. Сосредоточившись на КУВР, доступных технологиях и равноправном доступе, страны Глобального Юга смогут снизить риски для продовольственной безопасности, миграции и конфликтов, создавая устойчивые водные системы.

This is an important and challenging issue. Many different technologies and water management models are used around the world. Each country needs to choose a sustainable model for itself and work with other countries. For example, Integrated Water Resources Management (IWRM) in the Senegal River Basin encourages fair cooperation across borders.

Water management, governance and corruption are big issues. Governance models, such as Singapore’s Four National Taps, as you mentioned, which encompass local catchments, imported water, recycled NEWater, and desalination, provide valuable lessons. Affordable options, such as rainwater harvesting and decentralized Hydra loop systems, can recycle up to 85% of household water. Technologies such as zwitterionic membranes for wastewater treatment and solar-powered water networks can work well in areas with limited resources.

Finance is another major issue with these countries. There is a need to find innovative funding methods, such as climate bonds and private partnerships, as seen in Chile’s wastewater projects. Community-led projects, such as citizen water monitoring in Sierra Leone, and regional efforts like the South Asia Water Initiative, help build resilience. By focusing on IWRM, low-cost technologies and fair access, countries in the Global South can reduce food insecurity, migration and conflict potential while creating sustainable water systems.

«Союзники. ОДКБ»: Глобальный Юг включает демократии, монархии и однопартийные государства с различными геополитическими ориентациями. Вы призывали к коллективному принятию решений для противодействия доминированию Запада. Что препятствует более глубокой координации – идеологические разногласия, конкурирующие интересы или инфраструктурные разрывы?

The Global South spans democracies, monarchies, and single-party states with divergent geopolitical alignments. You’ve called for collective decision-making to counter Western dominance. What prevents deeper coordination – is it ideological differences, competing interests, or infrastructure gaps?

Мохаммед Сакиб: Множество факторов затрудняют для стран Глобального Юга коллективное принятие решений или достижение консенсуса. У них разнообразные политические системы (от демократий, таких как Индия, до монархий, таких как Саудовская Аравия, и однопартийных государств, таких как Китай), конкурирующие интересы, разный уровень развития и инфраструктурные разрывы, что осложняет достижение согласия.Например, геополитические отношения также играют значительную роль. Ориентация Индии на стратегическую независимость сталкивается с китайской инициативой «Пояс и путь». Африканские страны продолжают балансировать в отношениях с США, Китаем и Россией. Историческое соперничество, такое как водные споры между Индией и Пакистаном, а также различные экономические приоритеты – например, добыча ресурсов в Нигерии против производства во Вьетнаме – создают разногласия в рамках таких инициатив, как БРИКС, где Индия и Китай соперничают за влияние. Инфраструктурные проблемы еще больше ограничивают скоординированные усилия: например, в странах Африки к югу от Сахары доступ к электричеству есть лишь у 35% населения. Бюджет Африканского союза составляет $200 миллионов, тогда как бюджет ЕС — $200 миллиардов.Для решения этих проблем Глобальный Юг должен согласовать экономические цели и создать внутрирегиональную экономическую структуру, работая над снижением зависимости от доллара США через инициативу BRICS Pay. Новому банку развития (НБР) следует увеличить инвестиции по линии Юг-Юг для улучшения инфраструктуры. Сосредоточившись на общих вызовах, таких как изменение климата, торговый дисбаланс и доступ к технологиям, страны Глобального Юга смогут сотрудничать более эффективно. Такое взаимодействие способно создать более сильный, многополярный мир, уменьшающий доминирование Запада.

Multiple factors make it hard for countries in the Global South to take collective decisions or reach a consensus. They have diverse political systems, ranging from democracies like India to monarchies like Saudi Arabia and single-party states like China, along with competing interests, levels of development and infrastructure challenges, which complicate agreement.

For instance, geopolitical relationships also play a significant role. India’s focus on strategic independence clashes with China’s Belt and Road Initiative. African countries continue to balance their relationships with the U.S., China, and Russia. Historical rivalries, such as the water disputes between India and Pakistan, as well as different economic priorities—such as resource extraction in Nigeria versus manufacturing in Vietnam—create a divide in initiatives like BRICS, where India and China vie for influence. Infrastructure issues further limit coordinated efforts, with areas such as Sub-Saharan Africa having only 35% electricity access. The African Union operates with a budget of $200 million, while the EU has a budget of $200 billion.

To address these challenges, the Global South should align its economic goals and establish an intra-Global South economic framework, working towards reducing its reliance on the U.S. dollar through the BRICS Pay initiative. The New Development Bank should enhance South-South investment to improve infrastructure. By focusing on shared challenges such as climate change, trade imbalances and access to technology, countries in the Global South can work together more effectively. This collaboration can create a stronger, multipolar world that reduces Western dominance.

«Союзники. ОДКБ»: Расширенный формат БРИКС+ теперь представляет 45% человечества и 37% мирового ВВП (по ППС), включая энергетических гигантов (Саудовская Аравия, Иран) и технологические державы (Китай, Индия). Должен ли он эволюционировать в альтернативу МВФ (например, через введение единой валюты БРИКС), или свободная координация лучше отвечает интересам?

BRICS+ now represents 45% of humanity and 37% of global GDP (PPP), with energy titans (Saudi Arabia, Iran) and tech powers (China, India). Should it evolve into a IMF alternative (e.g., BRICS currency), or does loose coordination better serve?

Мохаммед Сакиб: Доминирование доллара США является значительной проблемой развития для стран Глобального Юга. Единая валюта могла бы бросить вызов гегемонии доллара, снизить зависимость от западных финансовых систем и усилить торговую автономию, как показали испытания BRICS Pay. Новый банк развития (НБР) также финансирует инфраструктурные проекты в национальных валютах, выделив $32 миллиарда с 2015 года. Хотя это относительно небольшая сумма, по крайней мере, достигнут некоторый прогресс в сокращении масштабов заимствований у МВФ. Однако введение формальной валюты все еще сталкивается с препятствиями; например, доминирование китайского юаня может не устраивать Индию, а геополитические трения, такие как соперничество между Ираном и Саудовской Аравией, осложняют достижение консенсуса.Экономические диспропорции (ВВП на душу населения в Индии — $2,731 против $13,136 в Китае) дополнительно затрудняют интеграцию. Таким образом, на данный момент и в обозримом будущем свободная координация через такие механизмы, как торговля в национальных валютах и расширение НБР, лучше соответствует разнообразным интересам БРИКС+. Она обеспечивает гибкость, позволяет избегать идеологических столкновений и задействует существующие платформы, такие как Договоренность о создании Пула условных валютных резервов (CRA, $100 миллиардов).Сосредоточившись на взаимных инвестициях стран Юга и использовании цифровых платежных систем, БРИКС+ может укрепить свою экономическую независимость. Такой подход помогает смягчить риски, связанные с чрезмерной централизацией контроля. Он также поддерживает стремление Глобального Юга к многополярному миру, сохраняя стратегическую независимость.

The dominance of the USD is a significant development issue among the countries of the Global South. A unified currency could challenge the dollar’s dominance, reduce reliance on Western financial systems, and enhance trade autonomy, as seen in BRICS Pay trials. The New Development Bank (NDB) also funds infrastructure projects in local currencies, disbursing $32 billion since 2015. Although this is a relatively small amount, at least some progress has been made in reducing the scope of IMF loans. However, a formal currency still faces hurdles; for example, China’s yuan dominance may not be welcomed by India, while geopolitical tensions, such as the Iran-Saudi rivalry, complicate consensus.

Economic disparities—India’s per capita GDP of $2,731 versus China’s $13,136—further strain the integration process. Thus, at the moment and for some time to come, loose coordination, through mechanisms such as local currency trade and NDB expansion, better suits the diverse interests of BRICS+. It allows flexibility, avoids ideological clashes, and leverages existing platforms, such as the Contingent Reserve Arrangement ($100 billion).

By focusing on investments between South countries and using digital payment systems, BRICS+ can strengthen its economic independence. This approach helps mitigate the risks associated with excessive central control. It also supports the Global South’s desire for a multipolar world while keeping strategic independence.

«Союзники. ОДКБ»: По мере перехода многополярности из теории в практику, дискуссии на высоком уровне сталкиваются с ключевым противоречием: означает ли она гармонизацию цивилизационных моделей или фрагментацию глобального управления на конкурирующие сферы влияния. Как вы определяете многополярность в структурных терминах? Помимо риторики, какие конкретные экономические и политические параметры однозначно укажут на наступление многополярного мира?

As multipolarity transitions from theory to practice, high-level discourse grapples with a core tension: Does it represent the harmonization of civilizational models or the fragmentation of global governance into competing spheres of influence. How do you define multipolarity in structural terms? Beyond rhetoric, what specific economic and political parameters would definitively signal the arrival of a multipolar world?

Мохаммед Сакиб: В структурном плане многополярность означает децентрализованную глобальную систему, в которой ни одна держава не монополизирует экономическое, политическое или культурное влияние. Она определяется распределением власти по регионам – Азия, Африка, Латинская Америка и другие, – опирающимися на институты, экономики и альянсы, которые заменят или дополнят западные структуры, такие как МВФ или НАТО.С экономической точки зрения, многополярность наступит, когда Глобальный Юг или объединения вроде БРИКС+ будут играть значительную роль в мировой торговле и финансах. Ключевыми параметрами станут: валюта или платежная система БРИКС (например, BRICS Pay), существенно снижающая зависимость от доллара; превышение объемов кредитования Новым банком развития (НБР) над МВФ; превосходство торговых коридоров Юг-Юг (таких как «Пояс и путь») над инициативами «Большой семерки» (G7). Однозначным сигналом будет проведение более 50% мировой торговли в недолларовых валютах наряду с тем, что региональные фондовые биржи будут торговать больше, чем Уолл-стрит.С политической точки зрения, многополярность требует наличия влиятельных незападных институтов. Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) и Африканский союз (АС) должны превратиться в органы принятия решений с действенными механизмами, подобными ЕС. Необходимо глобальное управление без права вето, где резолюции Глобального Юга или БРИКС+ последовательно определяют исход голосований в ООН, или где региональные пакты безопасности, такие как РАТС ШОС, превосходят по охвату НАТО.Ключом к объединению стран служит сотрудничество, примером чему служит модель консенсуса АСЕАН. Однако трения между такими странами, как Китай и Индия или Иран и Саудовская Аравия, могут привести к фрагментации. Подлинная многополярность наступит, когда страны вне Запада будут обладать более чем 50% мировой экономической мощи и смогут объединяться политически.

Structurally, multipolarity means a decentralized global system where no single power monopolizes economic, political, or cultural influence. It is defined by distributed power across regions—Asia, Africa, Latin America, and beyond—anchored by institutions, economies, and alliances that will substitute for or complement Western frameworks like the IMF or NATO.

Economically, multipolarity would occur when the Global South or blocs like BRICS+ play a significant role in global trade and finance. Key parameters would include the BRICS currency or payment system (e.g., BRICS Pay), which significantly reduces dollar dependency; the New Development Bank lending more than the IMF; South-South trade corridors, such as the Belt and Road, surpassing G7-led initiatives. A definitive signal would be over 50% of global trade conducted in non-dollar currencies, alongside regional stock exchanges trading more than Wall Street.

Politically, multipolarity requires non-Western institutions. The Shanghai Cooperation Organization and the African Union must develop into decision-making bodies with enforceable mechanisms, like the EU. A veto-free global governance, where Global South or BRICS+ resolutions consistently shape UN outcomes, or regional security pacts like the SCO’s RATS overshadow NATO’s reach.

Cooperation is key to bringing countries together, as exemplified by ASEAN’s consensus model. However, tensions between countries like China and India or Iran and Saudi Arabia can lead to fragmentation. True multipolarity will happen when countries outside the West have more than 50% of the world’s economic power and can unite politically.

Безусловно, одной из главных движущих сил мировой «перестройки» становится рассредоточение и перераспределение власти, поскольку гегемония Соединенных Штатов уступает место политике других великих держав – России и Китая, а также формирующегося нового игрока в лице Глобального Юга. Вторым по значимости фактором являются попытки негосударственных субъектов получить доступ к государственной власти. Третий, и несколько упускаемый из виду, источник турбулентности – это растущее неравенство между странами. Большинство государств с растущим населением становится относительно беднее. Это приводит к росту различных видов насилия, связанного с необходимостью получения средств к существованию. По мере того, как эти и другие факторы, такие как распространение технологий и рост экологического ущерба, усиливаются, количество и сложность противоречий неизбежно будут возрастать в геометрической прогрессии. 

К сожалению, нынешняя архитектура безопасности не поспевает за ростом «кривой» конфликтности. Причины этого разрыва многогранны, но структурное несоответствие заключается в том, что действующая система была построена на постулате, что все нации в равной степени соответствуют критериям Вестфальского суверенитета. Однако за восемьдесят лет, прошедших после Ялтинской конференции, мир стал свидетелем появления трех типов государств: полностью суверенных государств, полусуверенных и государств несостоявшихся.   

Полностью суверенные государства – это те, что обладают достаточно развитой промышленной инфраструктурой и способны самостоятельно производить современные средства вооружения. Возможные конфликты между этими странами предположительно предопределяют уровень межгосударственный. Такие государства обладают достаточными ресурсами для поддержания мира между собой в соответствии с вестфальскими принципами территориальной целостности, невмешательства и юридического равенства между субъектами.

Полусуверенные государства – в основном экспортируют сырье или товары с низкой добавленной стоимостью. Они обладают относительно устойчивым, но ограниченным потенциалом, и способны на развитие за счет заимствованных технологий. Такие страны характеризуются часто наличием внутригосударственных конфликтов и проблем. Эти конфликты оптимальнее разрешать на уровне региональных организаций, таких как Организация исламского сотрудничества (ОИС), Африканский союз (АС) и Сообщество государств Латинской Америки и Карибского бассейна (СЕЛАК).

Несостоявшиеся государства продолжат проявлять субгосударственные конфликты из-за царящего беззакония, плохо контролируемой преступности и нехватки или растраты имеющихся ресурсов. Среди недееспособных государств чрезвычайно тяжело поддерживать мир из-за отсутствия необходимой системности в отношениях. Максимум, на что целесообразно рассчитывать, это на предотвращение интернационализации имеющихся или потенциальных конфликтов.

В качестве резюме: мир в течение последующих 30-50 лет будет продолжать путь к нестабильности, поскольку старые и новые крупные игроки будут расширять свои сферы влияния, полусуверенные государства продолжать бороться за поддержание внутренней безопасности, а недееспособные государства и далее двигаться в сторону анархии. 

Из недр этого разобщенного, сложного и хаотичного мира может возникнуть новая архитектура безопасности, но только после того, как промышленно развитые государства поймут, что как их интересам в отдельности, так и общим, лучше служит сотрудничество, а не политика перетягивания под свое влияние более слабых, и потому зависимых стран.

Для того чтобы подобная структура безопасности была устойчивой, она не должна основываться исключительно на либерализме эпохи Просвещения или на несостоятельной вере в универсальность Вестфальского суверенитета. Теоретические основы новой архитектуры безопасности должны включать в себя элементы российского консерватизма и китайского прагматизма, а также идеи других духовных и философских традиций. Но до тех пор, пока такая модель безопасности не сформируется, миру, увы, придется быть свидетелем большого хаоса и растущего количества насилия.  

According to the recently published Global Peace Index 2025 the world is less peaceful at present than at any other time since WWII. Certainly, one of the biggest drivers of conflict is the diffusion of power as the hegemony of the United States gives way to great power politics with the entry of Russia and China. The second biggest driver of conflict is the attempts by non-state actors to gain access to state power. The third, and somewhat overlooked, source of conflict, is the growing inequality among nations. Most nations of the world are getting relatively poorer with burgeoning populations. This leads to all manners of livelihood related violence. As these and other factors such as proliferation of technology and ecological damages intensify, the number and complexity of conflicts are bound to increase exponentially. 

Unfortunately, the present security architecture would fail to keep pace. The reasons for this failure would be manyfold but the structural reason would be that the present system was built upon the premise that all nations equally meet the criteria of Westphalian sovereignty. However, eighty years since the Yalta conference, the world has witnessed the emergence of three types of states, i.e., fully sovereign states, semi-sovereign states, and failed states.    

Fully sovereign states are those that possess sufficiently developed industrial infrastructure and can independently produce modern weapon systems. The conflicts among these nations will primarily be inter-state. These states possess sufficient resources to maintain peace among themselves following the Westphalian principles of territorial integrity, non-interference, and legal equality among nations.

Semi-sovereign states are those that mainly export raw material or labor-intensive goods. They can project limited power but ultimately reply upon borrowed technology. These states would be primarily mired in intra-state conflicts. These conflicts would be best resolved at the level of regional organizations such as the Organisation of Islamic Cooperation (OIC), African Union (AU), and the Community of Latin American and Caribbean States (CELAC).

Failed states will continue to manifest sub-state conflicts due to lawlessness, crime, and resource scarcity. Among the failed states it would be impossible to maintain peace. The most that could be hoped for would be the prevention of internationalization of these conflicts.

Rhetoric, technical solutions, and administrative fixes aside, the world for the next 30 to 50 years will continue to become less peaceful as the great powers expand their spheres of influence, semi-sovereign states struggle to maintain internal security, and failed states plunge into anarchy. 

From the bowels of this fragmented, complex, and chaotic world a new security architecture can emerge but only after the industrialized states, particularly the West, have come to realize that their interests are better served by cooperating with each other than trying to co-opt fragile states to their side.

For this new security architecture to be sustainable it cannot be solely based upon Enlightenment liberalism or the failed belief in the universality of Westphalian sovereignty. The theoretical underpinnings of a new security architecture would have to incorporate elements from Chinese pragmatism and Russian conservatism as well as ideas from other great spiritual and philosophical traditions of the world. But until such a security architecture emerges, alas, the world will have to bear witness to a lot of chaos and a lot of violence.  

Author: Syed Sardar Ali, Chairman of the Crescent Foundation (Pakistan)

On June 23, 2025, the round Table «Peacekeeping in a Fragmented World: New Challenges and Prospects» was held in Moscow, hosted by Center for Social and Conservative Politics (CSCP) and Globus Expert Club with the participation of Global South Think Tanks Alliance experts.

Открыла мероприятие руководитель отдела коммуникаций ЦСКП Софья Козлова, отметив, что перераспределение военного, политического и экономического влияния априори чревато ростом конфликтного потенциала в мире: «Это обстоятельство заслуживает особого внимания, в том числе, в связи с тем, что на статус самостоятельных центров претендуют страны со сложным политическим устройством и неурегулированными внутренними и внешними конфликтами. Остаются открытыми принципиальные вопросы, как будут развиваться внутриполитические процессы в этих странах в новых условиях, как будут развиваться отношения между различными центрами, а также между центрами и соседними странами».

По мнению модератора, традиционные методы миротворчества всё чаще оказываются неэффективны — как в случае конфликта между Индией и Пакистаном или эскалации между Израилем и Ираном, поэтому нужны новые подходы: «Геополитическое вмешательство сверхдержав, поставки вооружений и информационные войны затрудняют достижение компромиссов. Необходимы новые, инклюзивные решения, основанные на исторических реалиях и участии всех заинтересованных сторон. Только комплексная стратегия позволит обеспечить устойчивый мир в меняющемся мире».

The event was opened by CSCP communications chief Sofia Kozlova, noting that the redistribution of military, political and economic influence is a priori fraught with an increase in the conflict potential in the world: «This circumstance deserves special attention due to the fact that countries with a complex political structure and unresolved internal and external conflicts claim the status of independent centers. Fundamental questions remain open, including how the internal political processes in these countries will develop in the new conditions, how relations between various centers, as well as between the centers and neighboring countries, will develop».

According to the moderator, traditional methods of peacekeeping are increasingly ineffective, as in the case of India and Pakistan or the escalation between Israel and Iran, so new approaches are needed: «Geopolitical interference by superpowers, arms supplies and information wars make it difficult to reach compromises. New, inclusive approaches are needed, based on historical realities and the participation of all stakeholders. Only a comprehensive strategy will ensure sustainable peace in a changing world».

Основатель экспертного клуба «Глобус» Юлия Берг подчеркнула, что с 90-х годов прошлого века резолюции ООН всё чаще игнорируются, а старые решения остаются нереализованными: «Фактически, нет единой системы правил, на деле регулирующих международные отношения. При этом очевидно, что, если текущие конфликты перерастут в ядерную эскалацию, то последствия могут быть катастрофическими для всей человеческой цивилизации. Поэтому необходимо понять, какие инструменты и структуры способны предотвращать войны и обеспечивать мир реально, а не на словах», – отметила эксперт.

Yulia Berg, founder of the Globus Expert Club, stressed that since the 1990s, UN resolutions have been increasingly ignored, and old decisions remain unimplemented: «There is no single system of rules governing international relations. At the same time, if the current conflicts escalate into nuclear escalation, the consequences could be catastrophic for the entire human civilization. Therefore, it is necessary to understand what tools and structures can really prevent wars and ensure peace», the expert said.

Эксперт ЦСКП Павел Саркисян выступил с докладом о роли ОДКБ в урегулировании конфликтов и подчеркнул, что одних лишь миротворческих усилий сегодня для формирования справедливого миропорядка недостаточно:

«ОДКБ развивает миротворческий потенциал: сформированы Миротворческие силы, проводятся учения, налажено сотрудничество с ООН. Организация учится на опыте прошлых миссий, включая операцию в Казахстане 2022 года, и совершенствует механизмы реагирования. Однако одного миротворчества недостаточно — нужны новые подходы к урегулированию конфликтов и формированию справедливого миропорядка. Только комплексные усилия помогут избежать войн и гарантировать стабильность».

CSCP expert Pavel Sarkisian made a report on the role of the CSTO in conflict resolution and stressed that peacekeeping efforts alone are not enough today to form a just world order:

«The CSTO is developing its peacekeeping potential: the Peacekeeping Forces have been formed, exercises are being conducted, and cooperation with the UN has been established. The organization is learning from past missions, including the 2022 operation in Kazakhstan, and is improving response mechanisms. However, peacekeeping alone is not enough – new approaches are needed to resolve conflicts and form a just world order. Only comprehensive efforts will help avoid wars and bring stability».

Экономист, председатель Фонда «Полумесяц», Сайед Сардар Али (Пакистан) обратил внимание на то, что нынешняя архитектура безопасности не соответствует современным реалиям: «Причин этого несоответствия можно найти много, но есть одна — структурная, которая заключается в том, что нынешняя система была построена на постулате, что все нации в равной степени соответствуют критериям Вестфальского суверенитета. Однако за восемьдесят лет, прошедших после Ялтинской конференции, мир стал свидетелем появления трех типов государств: полностью суверенных государств, полусуверенных государств и государств несостоявшихся».    

Эксперт подчеркнул, что основы новой архитектуры безопасности могли бы включать элементы российского консерватизма: «Чтобы новая архитектура безопасности была устойчивой, она не может основываться исключительно на либеральных подходах. Ее теоретические основы должны будут включать элементы китайского прагматизма и русского консерватизма, а также идеи из других признанных духовных и философских мировых традиций. И пока такая архитектура не будет выработана, миру, увы, придется быть свидетелем и участником большого хаоса и насилия».

Economist, Chairman of the Crescent Foundation, Syed Sardar Ali (Pakistan) noted that the present security architecture would fail to keep pace: «The reasons for this failure would be manyfold but the structural reason would be that the present system was built upon the premise that all nations equally meet the criteria of Westphalian sovereignty. However, eighty years since the Yalta conference, the world has witnessed the emergence of three types of states, i.e., fully sovereign states, semi-sovereign states, and failed states».    

He stressed that the foundations of the new security architecture could include elements of Russian conservatism: «For this new security architecture to be sustainable it cannot be solely based upon Enlightenment liberalism or the failed belief in the universality of Westphalian sovereignty. The theoretical underpinnings of the new security architecture would have to incorporate elements from Chinese pragmatism and Russian conservatism as well as ideas from other great spiritual and philosophical traditions of the world. But until such a security architecture emerges, alas, the world will have to bear witness to a lot of chaos and a lot of violence».

Научный сотрудник Института международных и стратегических исследований Бангладеш Нахиян Шаджид Кан (Бангладеш) заявил, что именно в эпоху высоких технологий миротворчество сталкивается с новыми вызовами.

«Современные инновации, такие как БПЛА, искусственный интеллект и деятельность космических систем меняют динамику конфликтов и предоставляют государственным и негосударственным акторам ранее немыслимые возможности. Относительная доступность подобных инструментов снижает порог возможностей вступления в конфликты, делая их более частыми и разрушительными. Важно выработать международные нормы ответственного использования чувствительных в этом смысле технологий. Только совместные решения стран способны направить технический прогресс на укрепление мира, а не на его разрушение», – подчеркнул эксперт.

Nahiyan Shajid Khan, researcher at the Bangladesh Institute of International and Strategic Studies, said that peacekeeping is facing new challenges in the era of high technology.

«Modern innovations such as UAVs, artificial intelligence and space systems are changing the dynamics of conflicts and providing new opportunities for state and non-state actors. The availability of such tools lowers the threshold for conflicts, making them more frequent and destructive. It is important to develop international norms for the responsible use of technology. Only the joint efforts of countries will make it possible to direct technological progress to strengthen peace, and not to destroy it», he emphasized.

Глава центра геостратегических исследований Драгана Трифкович (Сербия) отметила, что миротворческие миссии должны способствовать примирению и неукоснительно следовать международному праву. Однако, на практике этого не происходит: «Многие из этих миссий стали орудием реализации геополитических интересов, особенно западных держав. Это привело к утрате нейтралитета со стороны ООН и ОБСЕ. Пример Косово ярко демонстрирует, как «инициативы», такие как «Рачак», были использованы для оправдания бомбардировок Сербии без санкции Совета Безопасности ООН. В результате — создание псевдогосударства, этнические чистки, разрушение культурного наследия», – подчеркнула спикер.

«В текущей геополитической реальности необходимо усиление роли региональных организаций, таких как ШОС, ОДКБ, Африканский союз, чтобы восстановить доверие к системе миротворчества и обеспечить справедливость и безопасность», – добавила эксперт.

Dragana Trifkovic, head of the Center for Geostrategic Studies (Serbia), noted that peacekeeping missions should promote reconciliation and follow international law, but in practice this does not happen: «Many of these missions have become instruments of geopolitical interests, especially of Western powers. This has led to a loss of neutrality on the part of the UN and the OSCE. The example of Kosovo shows how special operations such as Racak were used to justify the bombing of Serbia without the sanction of the UN Security Council. As a result, there is the creation of a pseudo-state, ethnic cleansing and the destruction of cultural heritage», she emphasized.

«In the current geopolitical reality, it is necessary to strengthen the role of regional organizations such as the SCO, the CSTO and the African Union in order to restore confidence in the peacekeeping system and ensure justice and security», the expert added.

Доктор военной географии, эксперт по геополитике Энрике Рефойо (Испания) подчеркнул, что государства все чаще устают от односторонних решений ведущих западных стран, поэтому спрос на миротворческие миссии и их реальные действия растет:

«Сейчас на Ближнем Востоке и в Западной Азии ситуация далека от спокойствия. Одновременно, Европейский Союз планирует тратить триллионы на оборону. Так, Саммит НАТО обсудит новые растущие военные бюджеты и необходимость «повышения боеготовности». Миротворческие миссии всё чаще становятся инструментом влияния, а не достижения реального мира. Мировой порядок преобразуется в многополярный — страны устают от односторонних решений Запада. Даже внутри США растёт разлад между партиями, и всё острее стоит вопрос: кто кого? Возможно, будущие миротворческие миссии будут нужны уже внутри самих США».

Doctor of Military Geography, geopolitical expert Enrique Refoyo (Spain) stressed that states are increasingly tired of unilateral decisions of Western countries, so the demand for peacekeeping missions and their real work is growing:

«Now the situation in the Middle East and West Asia is tense. The European Union plans to spend trillions on defense. The NATO summit will discuss new military budgets and the need to «increase combat readiness». Peacekeeping missions are increasingly becoming instruments of geopolitical influence rather than the real world. The world order is becoming multipolar — countries are getting tired of unilateral decisions of the West. Within the United States, the discord between the parties is growing, and the question is becoming more and more acute: who wins? Perhaps future peacekeeping missions will be needed within the United States itself».

Международный юрист, политический консультант Арно Девеле (Франция) заявил о необходимости восстановления доверия к международным институтам: «Миротворчество, миростроительство и принуждение к миру, согласно Уставу ООН, должны предотвращать конфликты, но на практике часто становятся частью геополитических игр. Это катастрофически подрывает доверие к международным институтам. Вместе с этим, важно развивать новые механизмы безопасности, опираясь на региональные организации, такие как ШОС или ОДКБ. Необходимо создавать независимые от западного влияния структуры, способные установить справедливость в международных отношениях».

International lawyer, political consultant Arnaud Develay (France) stated the need to restore confidence in international institutions: «Peacekeeping, peacebuilding and peace enforcement, according to the UN Charter, should prevent conflicts, but in practice they often become part of geopolitical games. This undermines the credibility of international institutions. It is important to develop new security mechanisms, relying on regional organizations such as the SCO or the CSTO. It is necessary to create structures independent of Western influence that are capable of restoring justice in international relations».

Руководитель отдела мероприятий Ибероамериканского клуба Научного студенческого общества МГИМО МИД России Елизавета Потапенко (Россия) подчеркнула необходимость адаптации миротворчества к актуальной мировой реальности: «Конфликты вышли за рамки классического «театра военных действий» — сегодня они гибридные, цифровые, информационные. Миротворчество также должно адаптироваться: бороться с дезинформацией, вызовами технологий, включая этические. ООН призвана возглавить работу по формированию норм кибервойн и защиты информации. Только такой подход позволит сохранить эффективность миротворческой миссии ООН, даже в новых условиях цифровых конфликтов».

Elizaveta Potapenko, Head of the Events Department at the Ibero-American Club of the Scientific Student Society at MGIMO, stressed the need to adapt peacekeeping: «Conflicts have gone beyond traditional battlefields — they are hybrid, digital, informational. Peacekeeping must adapt: fight disinformation, cyberattacks and the ethical challenges of new technologies. The UN should take the lead in shaping the norms of cyber warfare and information integrity. Only such an approach will keep the UN peacekeeping mission effective even in digital conflicts».

Доктор Наинг Све Оо, старший советник Института стратегических и международных исследований (Мьянма) выделил ключевые составляющие современного миротворчества: «Прежде всего — инклюзивность. В мирных процессах должны участвовать различные заинтересованные стороны, местные сообщества, женские и молодежные движения, иные общественные структуры для обеспечения легитимности и устойчивости. Кроме того, миротворец должен бороться с киберугрозами, противодействуя дезинформации, используя технологии для повышения прозрачности в политике и коммуникации. Далее, миротворчество нуждается в политических решениях, которые противостоят экономическим, экологическим и социальным конфликтогенным факторам, таким как неравенство или нехватка ресурсов.Наконец – это усиление взаимодействия между правительствами, цифровыми организациями с целью обмена опытом».

«Традиционные методы уже не работают — нужны инклюзивные, технологичные и адаптивные подходы. Мир теперь — не просто отсутствие войны, а наличие справедливости и новых возможностей», – отметил эксперт.

Dr. Naing Swe Oo, Senior advisory board member, Myanmar Institute of Strategic and International studies (Myanmar) highlighted the key core elements of modern peacekeeping: The first one is inclusivity. Peace processes must engage diverse stakeholders, local communities, women, youth, and marginalized groups to ensure legitimacy and sustainability. Besides, a peacemaker must address cyber threats by countering disinformation, using technologies to enhance transparency and communications. Moreover, peacemaking needs policy solutions that counter economic, environmental, and social drivers of conflicts, such as inequality or resource scarcity. The last one is the collaborative networks. Partnerships, governments, digital organizations, NGOs, and tech innovators can amplify impacts and share best practices.

«Traditional methods no longer work – we need inclusive, technological and adaptive approaches. Peace now is not just the absence of war, but the presence of justice and opportunities», the expert said.

Эксперт по геополитике Карлос Мамани Алиага (Перу) подчеркнул, что традиционные методы миротворчества устарели и предложил свое видение к созданию прочного мира в новых условиях: «Глобальный Юг выходит на уровень главного действующего фактора, заинтересованного в создании независимых систем безопасности, финансов, энергетики и коммуникаций. Только так видится модель прочного мира, свободного от гегемонии и колониальных механизмов. БРИКС и другие платформы должны перейти от слов к реальным действиям. Мир XXI века — это результат гибридного восстания: политического, экономического, культурного и военного».

Carlos Mamani Aliaga, geopolitical expert (Peru) stressed that traditional methods of peacemaking are outdated and offered a way to build a new lasting peace: «The Global South must become a protagonist, creating independent security, finance, energy, and communications systems. Only in this way can a lasting peace be built, free from hegemony and colonial structures. BRICS and other platforms must move from words to real actions. Peace in the 21st century is the result of a hybrid uprising: political, economic, cultural and military».

В Форуме приняли участие политики, эксперты, представители бизнеса и медиасообщества из ОАЭ, Индии, Китая и других стран Глобального Юга. Состоялось обстоятельное обсуждение стратегической роли Глобального Юга в формировании многополярности, потенциала новых технологий, развития медиасотрудничества и рыночной интеграции.

Выступая на секции «Деколонизация медиа-нарративов», Софья Козлова отметила, что мир уже практически перешел к состоянию «информационного общества», где каждый пользователь интернета может самостоятельно формировать медиасреду, а социальные сети превращаются в основной источник информации: «В информационной работе сегодня крайне важно иметь устойчивый ценностный компас, определяющий информационный вектор. Евразийская хартия многополярности и многообразия в XXI веке, совместное видение которой было представлено Россией и Белоруссией на II Минской конференции по безопасности, концептуально закладывает возможную идеологическую основу многополярного мира, и мы приглашаем всех желающих ознакомиться с этим документом».

Спикер также отметила, что в эпоху нарастающей турбулентности и возникновения нетрадиционных видов угроз, наряду с продвижением декларируемых в Хартии принципов, стоит задача государственной защиты культурного многообразия и традиционных ценностей как неотъемлемых столпов суверенитета государств Глобального Юга. В данный связи был приведен в пример Указ Президента России №809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей», разработанный при участии экспертов ЦСКП.

On June 17, in Abu Dhabi, the Center for Social and Conservative Politics (CSCP), represented by Communications chief Sofia Kozlova, took part in the Global South Economic Forum. The event was organized by the Center for Geoeconomics of the Global South and the Anwar Gargash Diplomatic Academy.

The Forum was attended by politicians, experts, representatives of business and the media community from the UAE, India, China and other countries of the Global South. A thorough discussion took place on the strategic role of the Global South in the formation of multipolarity, the potential of new technologies, the development of media cooperation and market integration.

Speaking at the section «Decolonization of Media Narratives», Sofia Kozlova noted that the world has almost moved to the state of the «information society», where every Internet user can independently form the media environment, and social networks are turning into the main source of information: «In information work today, it is extremely important to have a stable value compass that determines the information vector. The Eurasian Charter on Multipolarity and Diversity in the 21st Century, the joint vision of which was presented by Russia and Belarus at the 2nd Minsk Security Conference, conceptually lays down a possible ideological basis for a multipolar world, and we invite everyone to familiarize themselves with this document.»

The speaker also noted that in an era of growing turbulence and the emergence of non-traditional types of threats, along with the promotion of the principles declared in the Charter, the task is to protect cultural diversity and traditional values as integral pillars of the sovereignty of the states of the Global South. In this regard, the example of the Decree of the President of Russia No809 «On Approval of the Fundamentals of State Policy for the Preservation and Strengthening of Traditional Russian Spiritual and Moral Values», developed with the participation of experts from the CSCP, was cited.

Говоря об укреплении медиасотрудничества стран Глобального Юга, Софья Козлова рассказала об Экспертном клубе «Глобус», который был создан как сообщество и площадка для обсуждения актуальной геополитической повестки. Помимо ведения собственных телеграм-каналов на русском и английском языках, существует широкая сеть партнерских ресурсов на других языках в странах Глобального Юга, реализуются совместные проекты с медиасообществом дружественных стран: «Таким образом, мы стараемся внести свой вклад в создание глобальной коммуникационной сети со сбалансированной информацией от экспертов Глобального Юга».

Экспертами была отмечена нарастающая роль горизонтальных сетевых коммуникаций между аналитическими центрами. Софья Козлова отметила, что в рамках Организации Договора о коллективной безопасности инициирована работа по созданию Ассоциации аналитических центров ОДКБ в целях реализации согласованной информационной политики государств — членов. «Данная структура позволит сформировать общую и объективную систему координат экспертного сообщества государств — членов Организации, формировать повестку дня, способствующую международной безопасности» — резюмировала спикер.

Speaking about strengthening media cooperation between the countries of the Global South, Sofia Kozlova spoke about the Globus Expert Club, which was created as a community and a platform for discussing the current geopolitical agenda. In addition to maintaining its own telegram channels in Russian and English, there is a wide network of partner resources in other languages in the countries of the Global South, joint projects are being implemented with the media community of friendly countries: «In this way, we are trying to contribute to the creation of a global communication network with balanced information from experts of the Global South.»

Experts noted the growing role of horizontal network communications between analytical centers. Sofia Kozlova noted that within the framework of the Collective Security Treaty Organization, work was initiated to create the Association of CSTO Analytical Centers in order to implement a coordinated information policy of the member states. «This structure will make it possible to form a common and objective system of coordinates of the expert community of the Organization’s member states, to form an agenda that contributes to international security,» the speaker concluded.

Российскую сторону представляли вице-президент НОСТРОЙ Антон Мороз, член Совета НОСТРОЙ, председатель Комитета по промышленному строительству НОСТРОЙ, президент СРО «Строители Ульяновска» Вячеслав Шаляхин, заместитель председателя Комитета НОСТРОЙ по инженерной инфраструктуре Александр Комиссаров, генеральный директор Ассоциации «Саратовские строители» Виталий Рицкий, коммерческий директор ООО «ОК» Сибшахтострой» Никита Варфоломеев, президент Общероссийского межотраслевого объединения работодателей «Ассоциация «Безопасность и качество» Александр Халимовский, Президент Ассоциации «Национальное Объединение Изыскателей» (НОИ) Сергей Афанасьев. 

On April 15, 2025, in New Delhi, the delegation of the National Association of Builders (NOSTROY) held talks with Bharat Patel, Secretary General of the Knowledge Chamber of Commerce & Industry, and Mehul P. Raval, Deputy Director of the Center for Social and Conservative Politics of India.

The Russian side was represented by Anton Moroz, Vice-President of NOSTROY, Vyacheslav Shalyakhin, Member of the NOSTROY Council, Chairman of the NOSTROY Industrial Construction Committee, President of the SRO Ulyanovsk Builders, Alexander Komissarov, Deputy Chairman of the NOSTROY Committee on Engineering Infrastructure, Vitaly Ritsky, General Director of the Saratov Builders Association, Nikita Varfolomeev, Commercial Director of OK Sibshakhtostroy LLC, and President of the All-Russian Intersectoral Association of employers «Association «Safety and Quality» Alexander Khalimovsky, President of the Association «National Association of Surveyors» (NII) Sergey Afanasyev.

Антон Мороз кратко рассказал представителям индийской стороны о деятельности Национального объединения строителей, структуре и функциях Ассоциации, после чего участники перешли к обсуждению двух основных вопросов: трудовой миграции и производства строительных материалов на территории России. 

Стороны детально обсудили организацию поставки трудовой рабочей силы в Россию для исполнения российскими предприятиями государственных программ, в том числе нацпроекта «Инфраструктура для жизни», требования к таким специалистам, их количественный и профессиональный состав, заработную плату и обеспечение социальным пакетом, а также участие НОСТРОЙ в оценке квалификации иностранных работников и определении их возможности осуществлять ту или иную строительную деятельность на территории Российской Федерации.

Anton Moroz briefly told the representatives of the Indian side about the activities of the National Association of Builders, the structure and functions of the Association, after which the participants proceeded to discuss two main issues: labor migration and the production of building materials in Russia.

The parties discussed in detail the organization of the supply of labor to Russia for the implementation of state programs by Russian enterprises, including the national project «Infrastructure for Life», the requirements for such specialists, their quantitative and professional composition, wages and social packages, as well as the participation of NOSTROY in assessing the qualifications of foreign workers and determining their ability to carry out certain construction activities in the territory of the Russian Federation