«Основные подходы к пространственному развитию страны». Фото экспертного совещания

«Устойчивое развитие России должно иметь в основе хорошо проработанную пространственную политику. При этом фискальная, бюджетная, финансовая политика государства должны быть жёстко подчинены выполнению целей и задач стратегии пространственного развития страны», — так организаторы встречи озаглавили основные темы пространственного развития, предложенные к обсуждению. Более подробно ознакомиться с ними можно на сайте Центра социально-консервативной политики здесь.

Встреча состоялась при поддержке рабочей группы «Устойчивое развитие» Высшего совета Всероссийской политической партии «Единая Россия» и Общественной платформы, объединяющей крупные общественные, экспертные и научные организации страны, представители которых приняли участие в дискуссии. Среди них – Председатель Российского социально-консервативного союза Андрей Громов, председатель правления Центра содействия развитию образования и науки Андрей Болтянский, заместитель руководителя Экспертного центр Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) Сергей Волобуев, Президент Фонда поддержки законодательных инициатив Григорий Томчин, Председатель Профсоюза садоводов России Людмила Голосова, Генеральный директор ЦСО «УНИКА» Дмитрий Бархатов и другие.

Генеральный директор Центра социально-консервативной политики Людмила Шувалова заявила, что задача пространственного развития России была отражена в программных документах Президента России Владимира Путина, а ее решение имеет приоритетный порядок. Она отметила, что участники мероприятия обсуждали проект стратегии пространственного развития, предложенный Министерством экономического развития России.

«Этот документ окончательно еще не принят, что дает нам возможность и основание провести широкую общественную дискуссию, подвергнуть его глубокой экспертной оценке. Таким образом мы открываем цикл общероссийской дискуссии по обсуждению стратегии пространственного развития России, — заявила Шувалова. – Мы считаем, что именно определение стратегии пространственного развития – это ключевой вопрос выбора пути развития страны. Мы вынуждены отметить, что предложенный Министерством экономического развития проект стратегии не устраивает значительную часть общества и экспертного сообщества. Потому что фактически он только фиксирует существующие негативные тенденции, например, такие как переезд и концентрация граждан в крупных городах России, что не соответствует интересам самой страны».

Одно из главных преимуществ страны – богатая природными ресурсами территория, но, к сожалению, наблюдается устойчивая тенденция к миграции населения в центральную часть страны, рассказала гендиректор Центра. «Фактически мы оставляем значительную часть территории России, сдавая ее на прозябание. Но этого не должно произойти. Но другого сценария в существующем сегодня проекте стратегии пространственного развития нет. Мы готовы разработать позитивный сценарий и набор необходимых мер в тесном сотрудничестве с экспертным и научным сообществом», — заявила Шувалова.

Приоритет в разработке необходимых решений, по ее мнению, должен быть отдан тем направлениям, которые предполагают пространственное развитие и возможности для расселения людей – это строительное направление, сельскохозяйственная отрасль, транспортная инфраструктура.

В прошлом году член Высшего совета Всероссийской политической партии «Единая Россия», вице-председатель МИРЭС Олег Бударгин успешно реализовал координацию работы группы Высшего совета по подготовке доклада «Благосостояние и социально-экономическое развитие». Напомним, что основные идеи стратегического доклада были поддержаны в экспертной и научной среде, а также получили одобрение руководства страны.

Олег Бударгин напомнил участникам встречи, что реализовывать стратегию пространственного развития предстоит с учетом условий нового технологического цикла. Так, например, по его мнению, любые новые проекты или предложения, касающиеся социально-экономического развития страны, должны проходить научную экспертизу. Политик убежден, что в настоящее время пятилетний горизонт планирования недостаточен.

«Новый технологический цикл – это наше преимущество. Новый технологический цикл поставил задачу повышения качества жизни. А качество жизни – это доступность инфраструктуры услуг в любой точке нашей страны (это энергетика, связь, медицина, образование, безопасность), – заявил Бударгин. – Сегодня нам не нужно догонять технологии прошлого. Новый технологический цикл сейчас дает возможность с нового листа начать реализовывать новые технологии. Можно сколько угодно сидеть на деньгах, но если нет технологий – это неизбежное отставание».

Член президиума РАН, заместитель президента Российской академии наук, руководитель Информационно-аналитического Центра «Наука» РАН Владимир Иванов отметил, что на сегодняшний момент одной из проблем формирования стратегий пространственного развития является отсутствия общепринятого и научно обоснованного подхода к пространственному развитию. По его словам, пространственное планирование представляет собой набор разных мероприятий. «Не понятно, а нужно ли проводить переформатирование административного деления страны? Новая административная структура – это лучше или хуже. И так далее», — пояснил он.

Иванов также подчеркнул необходимость обеспечения связности национальных проектов и решений поставленных Президентом задач для их эффективного выполнения. По его словам, разработка и реализация стратегии пространственного развития Россия должна осуществляться с развитием всех обозначенных руководством страны направлений.

Стимулирование развития сельских территорий и поддержка граждан, занятых в аграрном секторе – необходимое условие территориального развития, заявил в ходе дискуссии Председатель Общероссийского общественного движения Федеральный сельсовет Василий Мельниченко.

По его словам, поддержка села в масштабах страны способна благоприятно повлиять на развитие системы муниципальной власти. «Именно благодаря малой, как говорят, местной или локальной экономики должен наполняться местный бюджет, за счет которого на конкретных территориях создаются рабочие места и формируется достойный уровень жизни. «Если такой экономики нет, то никакие стратегические проекты нам не помогут – села будут лишаться своих жителей», — заявил он. Мельниченко также добавил, что при грамотном подходе не может быть убыточных территорий. Любая земля может приносить пользу обществу и быть источником финансовых поступлений, уверен он.

О низком качестве проектной документации и документов технического планирования в ходе встречи заявил вице-президент Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты Антон Мороз. Он также отметил, что для реализации предложенного Министерством экономического развития плана необходимо увеличение населения страны до 1,5 млрд человек и срок не менее 20 лет. «Уровень качества и ценность этих карт для реальной реализации территориального планирования и пространственного развития страны близок к нулю. Формально это некий отчет о картах, которые, к сожалению, по своему профессиональному содержанию ничего общего с документами территориального планирования не имеют», — рассказал эксперт. Отметим, что накануне Антон Мороз развернуто рассказал сайту ЦСКП о том, что такое территориальное планирование сегодня, какие существуют проблемы в этой области, как их можно решить, а также о том, какие перспективы ожидают экономику и инфраструктуру страны благодаря широкому применению карт планирования. Почитать его можно здесь.

«Устойчивое развитие России должно иметь в основе хорошо проработанную пространственную политику. При этом фискальная, бюджетная, финансовая политика государства должны быть жёстко подчинены выполнению целей и задач стратегии пространственного развития страны», — так организаторы встречи озаглавили основные темы пространственного развития, предложенные к обсуждению. Более подробно ознакомиться с ними можно на сайте Центра социально-консервативной политики здесь.  

В преддверии мероприятия вице-президент Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты Антон Мороз рассказал читателям сайта ЦСКП о том, что такое территориальное планирование сегодня, какие существуют проблемы в этой области, как их можно решить, а также о том, какие перспективы ожидают экономику и инфраструктуру страны благодаря широкому применению карт планирования.   

Антон Мороз:  

Пространственное развитие и территориальное планирование 

На нынешний момент за территориальное планирование в Российской Федерации отвечает Министерство экономического развития. Министерство экономического развития отчиталось о выполнении задачи по созданию документов территориального планирования на 100%. Но поскольку территориальное планирование – это достаточно сложный процесс, которым в Советском союзе занимались крупнейшие градостроительные и проектировочные институты, мы провели оценку этих документов.

Я буду утверждать со ссылкой на крупнейших экспертов в области градостроительства, что для реализации полученных в результате работы Минфина карт Российской Федерации потребуется население не менее, чем полтора млрд человек и срок не менее 20 лет. 

То есть уровень качества и ценности этих карт для реальной реализации территориального планирования и пространственного развития страны близок к нулю. Формально это некий отчет о картах, которые, к сожалению, по своему профессиональному содержанию ничего общего с документами территориального планирования не имеют. 

Мы не можем сказать, что действительно со всеми картами ситуация обстоит похожим образом, потому что есть крупные города, где сохранились школы техпланирования (например, в Москве этим занимается институт генплана Москвы). Но такие структуры можно пересчитать по пальцам. Зачастую все, что находится за пределами городов-миллионников, это документы крайне низкого уровня. 

Почему так получилось? В первую очередь, потому что созданием документов занимались непрофессиональные люди и структуры. Если опять-таки вернуться к практике Советского союза, то это была деятельность, подконтрольная непосредственно государству. В молодой России постсоветского пространства эта деятельность контролировалась Госстроем и Росстроем. Для того, чтобы заниматься подготовкой таких документов, необходимо было получать лицензию со стороны государства. Это был целый раздел в составе лицензионной деятельности, которым занималась федеральное министерство или агентство. 

Сейчас структура создания документов техпланирования выведена из состава государственного контроля. При этом не введен контроль общественных организаций, которые занимались бы контролем в части проектирования, инженерных изысканий, строительства, картографической и кадастровой деятельностью. 

К сожалению, в моменте передачи функций от структур, связанных со стройкой, в министерства экономического блока, мы упустили контрольную функцию. 

Поэтому принцип создания документов примерно следующий – в муниципалитете проходит конкурс, который проводит заказчик, который ничего не понимает в территориальном планировании. Он и не может ничего понимать, потому что это специфическое направление деятельности. Фактически на конкурс заявляется любая компания – кто упал в цене по 44-ФЗ, тот и получил подряд и как сумел его сделать. Обычно падение цены составляет до 80% — деньги либо растворяются и муниципалитет закрывает эту ситуацию самостоятельно по собственному усмотрению, либо работу выполняли не профессионалы. 

При таком подходе нарушается главный принцип. Основной принцип развития территориальности планирования государства – это принцип сверху-вниз, когда мы делаем карту страны и потихонечку начинаем распространять ее на субъекты. Сейчас фактически при том, что у нас прописано именно постановка задачи сверху-вниз, карты готовят снизу-вверх. То есть мы начинаем с субъектов, а потом собираем в единое целое. Поэтому начиная сбор с муниципалитетов, мы получаем документы, которые внутри одного субъекта могут не состыковаться из-за отсутствия грамотности и профессиональной подготовленности документов. 

Соответственно для того, чтобы решить задачу, прописанную в Послании президента и майских указах в части обеспечения страны и равномерного расселения по территории РФ, а также изменения демографической ситуации, нам нужен совершенно иной подход. 

Подход должен быть более экономически проработанный и взвешенный. Мы подразумеваем, что государство должно выделить немалые финансовые ресурсы для создания реальных карт территориального планирования субъектов, регионов, округов – страны. При чем на уровне подготовки этих документов уже должен принимать участие крупный государственный, частный средний и малый бизнес. 

Это необходимо для того, чтобы, изначально получая сводные данные для составления самого документа техпланирования, мы уже могли ориентироваться на потребности бизнеса. Чтобы бизнес хотел приложить свои усилия и потратить свои инвестиции – вложиться ли в социальные и жилищные инфраструктуры или, например, создать тот или иной промышленный кластер. 

В этом плане нам достаточно внимательно нужно относиться к бизнес-структурам, которые работают на территории России. 

Следующее. На наш взгляд, не самая плохая была история с техпланированием в Советском союзе. Сейчас может быть есть смысл возродить ее. Речь хотя бы про федеральные окружные институты техпланирования, которые находились бы в подчинении или под контролем государства, которые были бы укомплектованы штатом профессионалов на уровне близком к институту генплана Москвы, которые отвечали бы за планирование конкретного федерального округа, могли бы отвечать перед заказчиком и, которые смогли бы объединить систему хранения-сбора данных. Поскольку данные техпланирования имеют гриф секретности, эти институты должны обладать первой категорией секретности, должны обладать возможностью создания первого отдела для хранения таких документов, в которые самостоятельно могли бы на основе новых данных вносить изменения, и самое важное – которые могли бы выдавать бизнесу и государству те самые карты, могли бы быть экономически обоснованы и применимы. 

То есть карты должны представлять не только территориальное планирование страны – информацию о нахождении тех или иных субъектов, объектов, ресурсов, жителей и так далее – но и некую экономическую оценку развития. То есть в одном субъекте развитие связано с одной промышленностью, в другой может быть связано с тяжелыми металлами, машиностроение и так далее. Карта должна содержать информацию о наличии инженерных инфраструктур действующих, строящихся или сохранившихся от Советского союза, логистических и транспортных подходов, численности населения, возможности увеличения или уменьшения численности населения за счет создания, например, арендного жилья, за счет возможностей строительства малоэтажных объектов, крупных промышленных проектов. 

Карта территориального планирования – это визитная карточка страны с картами каждого региона, благодаря которым инвестор сам понимает, что обладает необходимыми характеристиками для развития, например, деревопереработки в определенном месте. 

Такой подход позволит нам серьезно оттянуть потоки населения. К сожалению, сейчас очень много людей пребывают в многомиллионных городах. Мы перестанем раздувать такие центры, как Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург и Новосибирск. То есть сместим акцент развития в сторону сельских территорий, в сторону моногородов, промгородов и зон. 

Мы будем точно понимать, где необходимо создавать территории опережающего развития и экономически свободные зоны. То есть не по принципу попросили-сделали, а по принципу эффективности от конкретного места. Мы будем понимать, где необходимо предпринять такие же механизмы, какие предпринимаем при распределении дальневосточного гектара. 

Не менее важно, что мы сможем понимать, где само государство может, взяв в займы – например, у наших партнеров Азиатских банков – или, задействовав собственные ресурсы на недлительное время, потратить их на создание инфраструктурной карты того или иного места на территории РФ, обеспечить это место необходимыми условиями для развития бизнеса и жилищного, промышленного строительства. А потом передать в долгосрочную аренду или продать инвестору, который придет и с удовольствием будет строить предприятие именно того кластера, которое для этой территории актуально, а вокруг него по принципу семья-работа-дом и будем развиваться территории.

Для этого государству нужны достаточно небольшие деньги. Такие механизмы ряда субъектов уже эффективно применялись – можно сказать и про Санкт-Петербург, и про Казань, и про Москву. 

Следующий нюанс, на который нужно обратить внимание. Любая такая карта даст реальную картину демографического состояния страны, потребностей населения, а также понятно, что такая карта содержит элементы безопасности. То есть фактически мы определяем точки расположения наших новых занятых территорий и уже государство может обеспечивать расселение именно по тем приграничным зонам, по которым это необходимо и наиболее актуально.

В этой ситуации мы также решаем задачи занятости населения и наполнения бюджетов субъектов. Мы более грамотно планируем транспортную инфраструктуру, понимая, где дороги должны проходить так, чтобы они не находились в 100 км от точки применения и не требовали дополнительных подъездных дорог. Мы проще решаем вопросы, связанные с газификацией, которые у нас все еще полностью не решены. 

Соответственно, в этой ситуации мы можем ставить государственный заказ уже для строительной отрасли следующего этапа. То есть четко понимать каким образом мы будем реализовывать строительство 120 млн квадратов. Потому что построить 120 млн квадратов только за счет промышленного домостроения мы не сможем, это невозможно. 

Есть полный спектр необходимых инструментов – и арендное жилье, и малоэтажное строительство, и деревянное домостроение, и создание малых городов, которые маловероятно будут строить крупные застройщики. Мы будем вынуждены пересматривать подход к долевому строительству с токи зрения малого и среднего бизнеса, предлагать какие-то преференции. 

Благодаря созданию карт мы будем иметь более четкое и понятное задание для профильных институтов правительства и министерств, которые смогут на основе этой информации разработать свои планы реализации указов Президента. То есть это комплекс мер, который позволяет стране развиваться. Естественно, здесь же мы можем четко планировать демографическую составляющую, потому что, когда есть обоснованная необходимость или возможность для человека переехать на постоянное место работы с обеспеченной инфраструктурой – появляется желание создавать новую ячейку общества, рождаются дети, увеличивается демографическая кривая. 

Мы ведь сейчас без цифровой экономики жить не можем. У нас все перекладывается на цифру. Но, к сожалению, оцифровка любой системы возможна тогда, когда это система существует. 

Оцифровать сейчас территориальное планирование очень сложно поскольку уровень качества документов такой, что мы не сможем получить нормальную электронную карту страны. 

Создавая карту территориального развития страны, мы сразу закладываем и технологии, которые развивают страну в дальнейшем. 

Антон Мороз, вице-президент Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты, член Совета Национального объединения строителей, член Совета Национального объединения изыскателей и проектировщиков, Член Совета Национального объединения организаций в области энергосбережения и повышения энергетической эффективности

Мероприятие пройдет в ЦСКП. Начало в 16:00 .

По всем вопросам: mskcskp@gmail.com. 

Тезисы к обсуждению.

Устойчивое развитие России должно иметь в основе хорошо проработанную пространственную политику. При этом фискальная, бюджетная, финансовая политика государства должны быть жёстко подчинены выполнению целей и задач стратегии пространственного развития страны.

1. Достижение стратегических целей развития страны, поставленных в Указе Президента Российской Федерации от 07.05.2018 г. возможно лишь в рамках тщательно проработанной стратегии пространственного развития страны. Эта стратегия, как основополагающий базовый документ прямо упомянута в пункте 15 Указа: «Правительству Российской Федерации на основе стратегии пространственного развития  Российской  Федерации  разработать   с участием  органов  государственной  власти   субъектов   Российской Федерации  и  до  1 октября  2018 г.  утвердить комплексный   план модернизации    и    расширения    магистральной    инфраструктуры…» Стратегия пространственного развития необходима и для реализации других национальных целей. Например, в подпункте д) первого пункта Указа ставится целью «улучшение жилищных условий не менее 5 млн. семей ежегодно». Вопрос, где, на каких территориях будут они улучшать жилищные условия, также требует серьёзной аналитической и прогнозной проработки.
2. Очевидно, что и прочие цели и задачи устойчивого развития страны потребуют обновления подходов в региональной и территориальной политике. Она должна базироваться на качественном многофакторном пространственном планировании, в основе которого должно быть понимание того, что территория со всеми её ресурсами — не бремя, но ценнейшее конкурентное преимущество страны.
3. Исходя из этого пространственная демографическая, индустриальная, аграрная и инфраструктурная политика в России (стране с самой большой в мире территорией) должны быть приоритетны по отношению к финансовой, фискальной и бюджетной политике. Которые должны носить «сервисный», обслуживающий, и, не побоюсь этого слова, подчинённый характер. Поскольку очевидно, что модель, когда государство главным образом обеспечивает макроэкономическую стабильность, а рынок якобы «автоматически» обеспечивает развитие, к сегодняшнему дню полностью исчерпала себя. Следование такой модели никакой «рывок» и быстрый рост производства товаров и услуг, а, следовательно, благосостояния обеспечить не способно.
4. Представленный Минэкономразвития проект Стратегии пространственного развития носит эклектический характер и не вполне отвечает вызовам современности. Можно в целом согласиться с фиксирующе-констатирующей (аналитической) его частью, тогда как прогнозно-программная часть документа — откровенно слабые, основанные на экстраполяции имеющихся тенденций. Это также касается предлагаемой документом «эффективной специализации регионов».
5. Особенность момента в том, что главным вызовом для стратегии пространственного развития страны и для территориальной политики сегодня являются исключительно быстрые перемены в демографии, технологиях, инфраструктуре и, соответственно, в мировых и внутренних производственных цепочках. Это будут параллельные перемены и в технологическом укладе, и в образе жизни.
6. В частности, в среднесрочном временном горизонте мир и страну ждёт «потребительская революция». На смену массовой продукции идёт массовая индивидуализация потребления путём замены многих серийных потребительских товаров на «индивидуальные», изготовленные методом 3d-печати, в частности, из экологичных, хорошо утилизируемых и/или рециклируемых материалов. Это будет касаться широкой номенклатуры продуктов — от детских игрушек до мебели, включая некоторые виды обуви, посуды и пр.

Есть всё больше признаков снижения бесполезной мобильности, в частности, ежедневной «маятниковой» езды на работу и с работы (ввиду роста числа надомных и дистанционных рабочих мест). Это же касается и снижения посещаемости крупных торговых центров с постепенной заменой её более логистически эффективной интернет-доставкой, в том числе в рамках развивающейся «сетевой» «потребительско-снабженческой» кооперации.

Также ускорятся темпы развития в стране дистанционного образования и обучения, что позволит большому числу занятых не только повышать квалификацию, но и осваивать новые профессии (что особенно необходимо ввиду быстрой смены технологий).

Все эти моменты также должны быть учтены в пространственно-индустриальном и пространственно-инфраструктурном планировании.

7. Достижения в сфере транспортных и информационно-коммуникационных технологий создают возможности освоения больших континентальных пространств, но ставят непростые задачи обновления и достройки коммуникаций транспорта и связи. Поэтому важнейшей задачей пространственной территориальной политики является ускоренное развитие и «закольцовывание» в населённых районах страны всей транспортной, энергетической и телекоммуникационной инфраструктуры. А также планомерное размещение новых производств, основанных на технологиях нового уклада, в местах хорошего доступа к этой инфраструктуре.
8. Второй серьёзнейший вызов пространственной политики состоит в грядущем очень быстром (в горизонте 4 — 6 лет) и масштабном высвобождении рабочей силы в крупных городах ввиду неизбежной автоматизации и цифровизации многих производственных и административно-управленческих процессов. Причём это высвобождение будет быстрее происходить именно там, где сегодня концентрируется население – в крупнейших агломерациях страны. Это будет происходить из-за относительной дороговизны труда в них и лучших финансовых возможностей находящихся там предприятий — больших ресурсов, которые могут быть потрачены на механизацию, автоматизацию, роботизацию, цифровизацию.
9. Между тем в большинстве других регионов из-за низких заработков и отсутствия качественных рабочих мест продолжается вымывание кадрового потенциала. В результате в самой ближайшей перспективе мы можем получить высокую безработицу и социальную напряжённость в крупнейших агломерациях (миллионы т. н. «рассерженных горожан») при обезлюдевании и развитии депрессивности ряда регионов и отдельных территорий. Что по факту будет означать утрату части земельно-ресурсного потенциала.
10. Ввиду этого стоит критически важная задача в ближайшие годы создать уровень достатка по всей стране, стимулирующий сохранение населения в местах проживания (кроме непригодных для жизни территорий). А там, где это невозможно, обеспечить комфортную нестрессовую миграцию к высокопроизводительным рабочим местам за пределами крупнейших агломераций, в которых неизбежно произойдёт (и уже происходит) сокращение рабочих мест.
11. Это не значит, что надо искусственно ограничивать рост и развитие крупных городов и дальнейшую урбанизацию, которая по-прежнему является мировой тенденцией. Однако речь должна идти о развитии новой, многоукладной пространственной урбанизации, урбанизации не столько «ввысь», сколько «вширь». Урбанизации, улучшающей уровень и качество жизни и доступность благ, а не только концентрацию населения. Иначе говоря, стране необходимы протяжённые сельско-городские агломерации вдоль основных инфраструктурных осей.
12. Такая урбанизация должна включать в себя территориальное планирование, ориентированное на появление малоэтажного жилищного сектора на пространствах вокруг крупных городов и между ними с созданием соответствующей инфраструктуры. Она должна включать в себя поддержку уровня жизни в малых городах России и создание условий жизни с городским комфортом на селе, а также сохранение и развитие культурно-исторических центров страны. Массовое малоэтажное жилищное строительство само по себе во всём мире является двигателем экономического развития, создаёт массовую занятость, мотивацию к труду и новые рынки. Не говоря уже о том, что именно жилищная стеснённость является одной из главных причин демографических проблем.
13. Естественно, в рамках стратегии пространственного развития необходимо предоставить регионам финансовые источники этого развития. Одно из предложений — оставлять регионам не менее половины, а лучше — две трети прироста налоговых и иных фискальных платежей, собранных на их территории. С исключением ресурсных налогов, потому что территории слишком различаются по природному потенциалу. Наряду с этим нужна ясная методика федерального софинансирования межрегиональных инфраструктурных и «связывающих» страну отраслевых проектов, например (условно), «Малая авиация», «Речной флот», развитие агропрома, эффективное лесопользование.
14. Здоровое пространственное развитие выгодно всем и должно стать важнейшим условием роста конкурентоспособности страны в целом. От более равномерного распределения ресурсов развития в конечном итоге выиграют все регионы, в том числе и Москва. Всем следует осознать, что ее финансово-бюджетная обеспеченность основана не только на привлекательном бизнес-климате, но и на том, что она является административно-хозяйственным, финансовым и транспортным центром огромной территории со всеми её природными и рукотворными ресурсами.
15. С учётом всех перечисленных моментов сегодня следует говорить не столько о специализации регионов, а об эффективных специализациях территорий (муниципалитетов и групп муниципалитетов, невзирая на региональные административные границы). Можно назвать это «кластерной мульти-специализацией», с важнейшим требованием, чтобы эти специализации не были безальтернативны для каждой из территорий, что необходимо для устойчивости к конъюнктурным факторам.

Председатель Высшего совета ВПП «Единая Россия» Борис Грызлов направил участникам конференции приветствие, в котором отметил стоящие перед строительным комплексом серьезные вызовы. «От его эффективности во многом зависит развитие страны и социальное благополучие ее жителей. Именно поэтому и руководство страны, и партия «Единая Россия» уделяют строительной отрасли особое внимание», — говорится в приветствие Грызлова участникам конференции.

В повестке конференции и ее секций были отражены задачи, которые Борис Грызлов обозначил 24 сентября на заседании Бюро Высшего совета. В том числе – задачи укрепления взаимодействия и сотрудничества правящей партии, профессиональных сообществ, общественных организаций. Кроме того, обсуждались другие остросоциальные вопросы, в частности, реализация закона «О садоводстве».

Участники встречи уделили особое внимание программным тезисам Председателя Высшего совета «Единой России» о необходимости пространственного развития страны. По его мнению, «ключом к достижению целей, обозначенных президентом, является развитие территорий, быстрое и устойчивое». Для реализации масштабных задач, стоящих перед Россией, и поступательного социально-экономического развития необходим динамично развивающийся строительный комплекс, широко использующий возможности современных технологий.

В конференции приняли участие представители Экспертного совета «Единой России», член Совета Национального объединения строителей Антон Мороз, помощник Председателя Совета Федерации, директор Института комплексного территориального развития Виктор Конопацкий, Председатель Российского социального-консервативного союза Андрей Громов, а также другие видные государственные и общественные деятели.

По словам Антона Мороза, в ходе встречи обсуждались основные вопросы строительной отрасли – проблематика долевого строительства, задачи территориального планирования и пространственного развития страны, кадровый потенциал строительной отрасли. Он отметил, что по данным темам были приняты решения, которые вошли в резолюцию и будут реализованы, в том числе через Экспертный совет партии «ЕДИНАЯ РОССИЯ», через депутатов и представителей партии в Министерстве строительства.

Андрей Громов отметил, что сегодня представители бизнеса, отраслевых объединений, государственной власти создают совместные планы действий, планы развития строительного комплекса. По его мнению, такое сотрудничество поможет согласовать перспективы развития и поддержки строительной отрасли с жизненными интересами людей, граждан России, проживающих в том или ином регионе.

«Здесь может быть востребован потенциал и уже зарекомендовавших себя площадок – в том числе площадок партии «ЕДИНАЯ РОССИЯ», и таких новых площадок, как Общественная платформа. Созданная совсем недавно, Общественная платформа призвана объединить представителей гражданских институтов, профессиональных кругов, политических деятелей – во имя реализации новых задач, поставленных Президентом России», — заявил Громов.

Я хотел бы обратиться к Центральному банку. Этот вопрос принципиальный и важный, потому что те возможности, которые есть у Центрального банка, они, конечно, вообще, абсолютно не используются в должной мере. Если взять, например, опыт последних лет, последнего десятилетия в США, ФРС, Европейского Центрального банка, то они как раз, наоборот, в отличие от обычной, традиционной политики центральных банков встали на путь стимулирования производства. И я получаю материалы, скажем, Европейского Центрального банка, и они говорят, что благодаря только нашим усилиям нет такого падения, которое было бы, если бы мы это не делали.

Что говорит Центральный банк? Он соглашается выполнять задания Президента, власти. Да, действительно, надо помогать экономическому росту. Весь вопрос в том, как помогать. Они считают, что они должны помогать, как – это сдерживать инфляцию, создавать финансовый рынок, устойчивую финансовую систему, то есть банки и прочие инструменты финансового рынка. И эта банковская система, и институты финансового рынка должны финансировать реальный сектор, и тогда будет вот этот экономический рост. А Центральный банк непосредственно прямо – он ничего особенного сделать не может.

Приведу две цифры из данных Центрального банка, чтобы проиллюстрировать эту мысль. Так как Центральный банк говорит, что наша задача – сохранять банковскую систему, то он выделяет деньги на санацию банков, и вот, как сообщила в июне Набиуллина, председатель Центрального банка, как раз было выделено в этом году (в конце прошлого – начале этого года) 2,6 триллионов рублей на санацию трех банковских групп – «Открытие», «Бин-банк», «Промсоюзбанк».

А сколько же идет денег на поддержку реального сектора вот непосредственно со стороны Центрального банка, у которого есть специальные инструменты рефинансирования коммерческих банков, которые дают кредиты малому и среднему бизнесу и сырьевому экспорту? Пока они всего потратили 268 миллиардов рублей, а там 2,6 триллиона – в 10 раз меньше. А весь лимит установлен – 440 миллиардов, он не используется. Почему? Потому что Центральный банк считает, что вообще надо отказаться от этих инструментов. Мы будем снижать ставки, и тогда пусть сами банки это и будут делать.

Мне кажется, что здесь есть некая принципиальная, действительно, я бы сказал… С одной стороны, тут видно, что просто есть нежелание отвечать за такой непосредственный экономический рост, а с другой стороны, есть своя логика в этом – в том, что они говорят: как используются деньги? Раз, мол, нет проектов, раз их плохо используют, то зачем нам их давать?

Но этот подход не совсем тоже правильный, потому что, на самом деле, проекты есть, и из-за того, что держится высокая ставка… Вот говорят, что ставка снизилась как бы там – сейчас 7,25, в начале того года была где-то 10… Но если ее сравнить с темпами инфляции, то видно, что реальная ставка не снизилась, а, наоборот, растет. И ставку надо сейчас снизить еще значительнее.

Но не только в этом дело. Дело еще и в том, что Центральный банк имеет возможности оказывать большее развитие реального сектора, кредитуя те фонды развития, которые есть. В частности, Фонд развития промышленности, который создан уже несколько лет назад. Реально он денег получает ничтожную сумму – где-то порядка 20 миллиардов рублей, которые он выделяет в виде льготных кредитов промышленным предприятиям.

Но этот вопрос, о котором говорит Центральный банк и Минфин, о том, что Вы главный упор должны сделать на то, чтобы перспективно использовать выделяемые средства, он, на самом деле, правильный.

Хотел бы просто поставить вот то, о чем не говорится обычно, а то, что у них есть, я с ними разговариваю и знаю их логику. Она состоит в следующем. Мы сейчас, например, — я приводил пример, что делают эти бюджетные правила, когда деньги уходят в специализированный фонд… Давайте мы объявим, что мы эти деньги выделяем. Как только мы это объявим, то сразу появляются люди – влиятельные, близкие к Президенту, прежде всего, — которые немедленно скажут: «Дайте нам триллион, раз Вы выделили, дайте еще кому-то триллион». И в результате вот эта вся идея выделения средств, чтобы она шла на развитие малого и среднего бизнеса, новых предприятий, будет как бы забита этим механизмом распределения средств на таком, я бы сказал, неформальном способе.

И поэтому мне кажется, что первое, что надо сделать, — поставить задачу все-таки более четко перед денежными властями, Минфином и Центральным банком, чтобы они все-таки средства выделяли на те предприятия, которые могут их эффективно использовать, это первое. А второе – надо поставить барьер вот таким вот расходам, которые не имеют такого непосредственного экономического обоснования. Деньги будут окупаться неизвестно сколько лет, но чисто политически они решаются вот такими обходными путями.

Юрий Голанд, ведущий научный сотрудник Института международных экономических и политических исследований РАН

Секция «Как нам обустроить Россию? Драйверы территориального развития» форума в Общественной палате 28 июня

Надеемся, что эта инициатива в результате будет принята, ведь она должна стать одной из важных составляющих на пути к развитию регионов, выходу нашей отечественной продукции не только на федеральный, но и международный уровень. Расскажу подробнее, почему законодательные изменения актуальны именно сегодня и как они будут работать при их введении.

В России, где на территории 85 субъектов проживает более 190 народов, обладающих уникальным культурным наследием, крайне актуальным вопросом является продвижение региональных брендов, обладающих уникальными свойствами, обусловленными географической средой.

К сожалению, сегодня в нашей стране действуют лишь 170 регистраций наименований мест происхождения товаров (НМПТ), 138 из них – российские. При этом за время действия законодательства в этой области из трети регионов не подано ни одной заявки. Вдумайтесь – не зарегистрированы такие известные всем наименования, в том числе и за рубежом, как дымковская игрушка, дятьковский хрусталь.  В то же время в Евросоюзе, государства которого занимают площадь в несколько раз меньше территории нашей страны, охраняется более трех тысяч  наименований в качестве географических указаний и НМПТ. «Грано Падано», «Пармиджано Риджиано», «Бордо» давно стали не только основными региональными брендами территорий, но и «визитной карточкой» Италии и Франции.  

Мы видим, что региональные бренды – это серьезный ресурс для развития экономики субъектов. И именно поэтому введение дополнительного понятия – «географическое указание» даст широкие возможности производителям. Сегодня в силу жестких требований они просто-напросто не могут зарегистрировать НМПТ.

Сейчас эта схема выглядит приблизительно так: заявителю вначале необходимо обратиться в федеральные органы исполнительной власти, которые уполномочены выдавать заключения (в Минздрав, Минпромторг, Минсельхоз, Росалкогольрегулирование – в зависимости от типа товара), и только после этого подавать заявку в Роспатент. При наличии такого понятия, как «географическое указание», мы сможем отказаться от этой долгой и сложной процедуры.

В гражданском законодательстве к НМПТ предъявляются достаточно строгие требования, несоблюдение которых приводит к отказу в регистрации. Существует потребность в охране более значительного количества отечественных обозначений, указывающих на географическое происхождение товаров, которые по факту обладают качеством и репутацией, но не «дотягивают» до НМПТ. Для таких обозначений должны быть предусмотрены более «мягкие» требования. 

Законодательные изменения  позволят, во-первых, снять нагрузку с заявителей и сделать регистрацию «географических указаний» более доступной, а во-вторых, мы дадим возможность для регистрации широкого круга товаров. Например, сейчас нет ФОИВ, которые уполномочены выдавать заключения в отношении природных драгоценных камней,  лечебной грязи, и ряда других товаров, которые хотят продвигать и регистрировать наши предприниматели. Мы считаем достаточными в этих случаях решений органов государственной власти субъектов РФ.

Кроме того, обязательства по охране ГУ возникли у Российской Федерации в связи со вступлением в ВТО, как это предусмотрено Соглашением по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности. Договор о Евразийском экономическом союзе также относит ГУ к объектам интеллектуальной собственности. Поэтому принятие этого законопроекта – это еще и потребность, обусловленная международными соглашениями.

Как я и сказал раньше, этот законопроект позволит упростить систему регистрации регионального бренда (ГУ или НМПТ) для производителей, а чем доступнее и проще зарегистрировать – тем больше будет желающих. И мы надеемся, что наша инициатива будет принята.

Но отмечу, что, конечно, продвижение региональных брендов – это системная работа, которая требует максимальной включенности федеральных и региональных органов власти, бизнес-сообщества, юристов, журналистов. Это и законодательные изменения, и финансовая поддержка производителей на местах, и широкое информационное освещение.

Григорий Ивлиев, Руководитель Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатент) 

<…>

Какие сейчас важнейшие задачи, как мне кажется, стоят перед регионами для того, чтобы создать именно базу для дальнейшего успешного привлечения к себе того или иного рода ресурсов? Не только финансовых, но, в первую очередь, трудовых?

Есть, на мой взгляд, две вещи, которые сейчас являются крайне важными. Это условия жизни, ежедневной жизни, и, я бы сказал, нечто вполне такое лежащее в духовной сфере, чем нужно гордиться, живя в том или ином месте.

Вот смотрите, что происходит сейчас с первой частью, с условиями жизни. Ну, понятно, что человек не захочет жить в том или ином месте, где у него нет перспектив нормального получения образования детей. Значит, соответственно, борьба за наличие хорошего, хотя бы одного учебного заведения для детей очень важна. И кто-то думает, что успехи есть только в Москве. Например, в городе Кирове существует школа, из которой произошло уже несколько победителей международных олимпиад по естественным предметам. Таких школ не только в Москве, но и во многих других городах довольно много. Есть фантастические центры, которые у всех на слуху, — «Сириус», например, но это связано, в том числе, с тем, что дети выезжают на какое-то время из того места, где они живут с родителями. Но есть и те места, где люди могут дать хорошее образование детям.

Это, понятно, здравоохранение. С этим не всегда хорошо, как мы знаем, во многих случаях просто плохо, и в случае, если есть хотя бы одна точка, где можно получить серьезное, широкого профиля, достойное хотя бы, условно говоря, здравоохранение, связанное со срочными ситуациями (потому что на плановые вещи можно куда-то уезжать), то, конечно, конкурентоспособность регионов сильно увеличится.

Есть уже фантастические результаты, и не только в Москве, по общественным зонам. В свое время первым, фактически, кто стал об этом говорить, был покойный Вячеслав Глазычев, много лет возглавлявший в Общественной палате, соответствующую Комиссию, выдающийся урбанист. И понятно, что тут больше всего хочется говорить о Москве, но ведь есть и не только Москва. Посмотрите на Воронеж – фантастическая программа, которая дала свои результаты!

Культурная среда. На мой взгляд… Я состою в Академии художеств по отделению «история искусства и искусствознание» и сам являюсь коллекционером… Коллеги, выставочная деятельность в Москве сейчас, на мой взгляд, вывела ее на первое-второе место в мире вместе с Нью-Йорком и по количеству продаваемых билетов, и по отзыву профессиональных журналов. Мы обогнали Лондон. Это фантастика. Мало кто это замечает, но, тем не менее, это так, это не артикулировано. Другое дело, что, может быть, это не всегда связано с деятельностью федеральных органов власти, но это случилось. Это просто фантастика.

Ну, в том же Воронеже привели в порядок один театр, построили новый другой. Много других мест, которые стали действительно лидерами такой вот культурной жизни. И это тоже позволяет этим регионам, в которых имеются вот эти предпосылки образования, здравоохранения и условий для ежедневной жизни, — быть успешными в конкуренции за ресурсы.

И, наконец, как мне кажется, для того, чтобы человек, принимая решение, оставаться ли где-то жить для дальнейшей работы, особенно высококвалифицированный человек, который может получать большие зарплаты и, соответственно, создавать очень большую прибавочную стоимость своей деятельностью, которого ждут во многих регионах и во многих странах, что немаловажно, какой еще вот… что еще должно быть для него условием, чтобы остаться или, наоборот, приехать куда-то? Он не поедет в неизвестные для него места, он не поедет в неизвестность, потому что у него, как правило, есть дети, а возможно, что он собирается только создать семью, и ему нужен, соответственно, какой-то социальный круг, из которого он выберет себе партнера, ну, и так далее…

Для этого нужна известность. И это, конечно, программа брендирования. Причем, не только внешнего брендирования, как сейчас многие сужают это понимание до картинок или, например, брендирования в туристических целях, что тоже очень важно, но брендирования в широком смысле этого слова.

Я не буду сейчас рассказывать подробно о том, каким образом это было сделано и на каких научных основах подобного рода очень успешные программы были проведены в других странах, но могу Вам доложить о результатах. Даже, казалось бы, в столь успешных некоторых скандинавских странах в смысле привлечения к себе и туристического потока, и потока высококвалифицированной рабочей силы, после затрат очень невысокого уровня на брендирование, например, даже туристический поток в течение двух лет вырос на 7% по сравнению с тем, что они предполагали (до этого могло вырасти чуть меньше, чем на 1%).

Фантастическая история с Барселоной, которая всем хорошо известна. Невероятная история, связанная с созданием новых музейных центров в городах, которые раньше не обладали таковыми и которые стали центрами не только туризма, но и образования, промышленности, транспортной связи – того, о чем раньше они не могли даже себе помыслить.

Мне кажется, что вот такая программа по глубокому брендированию, эшелонированному брендированию у макрорегионов, к каковым обычно относятся субъекты Федерации и, может быть, каких-то исторических кластеров, может привести к серьезным последствиям.

У нас, к сожалению, был очень неудачный пример, хорошо известный… Буду сейчас говорить, даже такие далекие от острой политической жизни журналы, как «Огонек», писали в течение последних месяцев огромные статьи на эту тему, — когда в городе произошел уже третий референдум в течение последних 30 лет и новое, данное в 20-е годы, название победило, несмотря на то, что старое название, которое предполагалось вернуть в город, могло бы стать чем-то привлекающим хотя бы туристический поток… Мы говорим уже о чем-то другом.

С чем это связано? Это, конечно, связано с тем, что наше население не всегда понимает ценность этого, не понимает, зачем это нужно, не понимает цели, зачем это нужно делать. При этом, конечно, есть общее недоверие к тому, что, как часто у нас бывает, региональные и местные власти, к сожалению, делают какие-то вещи для создания искусственного бюджета, который, естественно, можно было бы пустить на что-то более разумное. Когда люди не понимают, зачем это нужно, они не понимают, зачем нужно тратить их общественные деньги.

Мне кажется, что создание большой проработанной системы регионального брендирования может быть сначала на нескольких очень разных, что очень важно, по культурному и промышленному развитию и по географическому положению регионах, а впоследствии распространение этой программы на все регионы было бы очень полезным и правильным для создания именно вот этой базы по дальнейшему успешному конкурированию в борьбе за ресурсы – и финансовые, и трудовые, и многие другие.

Андрей Хазин, Председатель общественного совета Общероссийской общественной организации «Ассоциация юристов России»

Секция «Как нам обустроить Россию? Драйверы территориального развития» форума в Общественной палате 28 июня

Смотреть фотоотчет с секции

Наряду с обсуждением направлений действий, конкретных инициатив, вопросов межбюджетных отношений, участники обозначили ряд проблем, осложняющих качественное планирование территориального развития и управление территориальным развитием. «Региональным развитием занимаются все по чуть-чуть», «правая рука не знает, что делает левая», – прозвучали оценки фрагментарности программ стратегического развития. Было отмечено, что при наличии макропараметров, недостает качественного отражения ситуации на микроуровне: «Микросреда – та среда, где живет каждая личность. Нет набора параметров, которые ее характеризуют». «Чтобы изменить ситуацию к лучшему сейчас – нужна повестка снизу», — подчеркнул Президент Центра социально-консервативной политики Северо-Запад Игорь Шувалов. Он призвал дифференцировать подходы к определению драйверов территориального развития: «то, что является драйвером для одного региона – для другого не является».

Дефицит доверия – одна из острейших проблем для развития страны – может быть компенсирован развитием механизмов социальной вовлеченности, системы диалога, – отметил в своем выступлении помощник Председателя Совета Федерации, директор Института комплексного территориального развития Виктор Конопацкий, указав, в частности, на потенциал и опыт реализации системы инициативного бюджетирования. Участники встречи призвали, как это выразил Директор по консалтингу «ЭйТи Консалтинг», финалист проекта «Лидеры России» Павел Сусин, «рассматривать территориальное развитие с точки зрения людей, которые живут на территории». При этом вопрос стратегического планирования, по мнению Вице-президента Санкт-Петербургской торгово-промышленной палаты Антона Мороза, особенно остро стоит применительно к задаче «разгрузить мегаполисы», создать за их пределами «малые очаги» развития.

«От макроуровня перейти к микроуровню», — так охарактеризовал тему своего доклада и Председатель Совета Общественного Движения «Бессмертный Ленинград» Федор Туркин, рассказывая о реализации проектов в сфере просветительской и гражданско-патриотической работы. Подчеркивая роль ценностей многонациональной и многоконфессиональной страны, сплоченности поколений, он критически оценил подходы, ставящие во главу угла исключительно финансы: «Слышал, что деньги идут впереди всего. Это не так».

Нужно обратить больше внимания не только на проблемы, но и на ресурсы регионального развития, – данная тема стала ключевой в выступлении Председателя Общественного совета Общероссийской общественной организации «Ассоциация юристов России», Андрея Хазина: «не надо думать, что успехи есть только в Москве». Отмечая недостаточную известность результатов, достигнутых рядом территорий, в том числе в сферах образования, здравоохранения, культуры, развития городской среды, Андрей Хазин говорил о значении региональных брендов, о текущей и перспективной работе по «региональному брендированию в широком смысле этого слова».

Подчеркивая значение образования, непрерывного образования, для территориального развития страны, партнер Rights Business Standard Владимир Красильников отметил, что новые технологии – способны снизить значимость удаленности от центра: необходимо добиться, чтобы «процесс обучения стал ближе, доступнее, эффективнее для каждого жителя нашей страны».

Одними из подробно обсуждавшихся вопросов стали развитие транспортной инфраструктуры и  реализация транзитного потенциала. «Через нас – быстрее», – кратко оценил конкурентные возможности страны Президент Фонда поддержки законодательных инициатив Григорий Томчин. Говоря о повышении скорости перемещения товаров, он подчеркнул, что транзит должен помогать развитию регионов, через которые проходят транспортные пути.

Участники встречи позитивно оценили примеры сотрудничества министров обновленного Правительства с профессиональными сообществами, экспертными кругами по вопросам территориального развития. Одной из дальнейших задач как всего форума «Что нас объединяет?!», так и «территориальной» экспертной площадки – было обозначено содействие продолжению и стимулированию такого диалога, чтобы «открыть дорогу экспертам, профессиональным группам – чтобы мнение людей было учтено».