консерватизм смутное время

1 Постижение Смутных времен в отечественной исторической науке: рост гражданского самосознания, утверждение национально-государственных представлений, победа средних классов и активизация модернизационных процессов в результате преодоления Смуты

Прежде чем перейти к изложению консервативной интерпретации Смуты важно остановиться на ее анализе отечественной исторической наукой, поскольку консервативные теории Смутного времени во многом опираются на достижения историков.

С.М. Соловьевым была высказана мысль, следуя которой эпоха Новой России берет начало не с петровских реформ, а с событий Смутного времени. Надо сказать, Смутное время занимает очень важное место в исторической концепции ученого. События Смуты рассматриваются им с точки зрения борьбы государственного начала с антигосударственным и анархическим, под углом зрения успешного восстановления порядка общественной и государственной жизни.

Смута – реакция всех анархических, антигосударственных сил на успешный процесс российского общественно-государственного строительства. Она спровоцирована духовно-нравственным упадком, падением значимости морально-этических норм, забвением религиозной традиции.
Активизация анархических элементов вызвана именно глубоким ценностным кризисом, игнорированием обязанности служить обществу и государству, подчинением общественных целей эгоистическим интересам, понижением внимания к духовно-религиозной жизни.

Следуя С.М.Соловьеву, анархические силы покусились на принципы государственной жизни России, вызревавшие в течение столетий, исторически сложившийся государственный и общественный порядок, российский опыт общественного и государственного созидания. Будучи поддержанными врагами России, они проявили себя как силы противогосударственные и противообщественные.
Российская государственность и общество вышли  победителями из исторической проверки на прочность и единство. Попытка ниспровергнуть общественно-государственный порядок не удалась.
С.М. Соловьев указывает на борьбу в ходе Смуты  общественных сил с антиобщественными. Первые поддержали государственный «наряд», обеспечили его восстановление, чему предшествовало внутреннее нравственное очищение. При этом духовное преображение естественно связывается С.М.Соловьевым с глубоким обращением к православию.

Думается, что Н. И. Костомаров сделал принципиально верный вывод о вине всех классов российского общества в Смуте. Безусловно, справедлива  его мысль об обусловленности продолжительности Смуты и ее тяжелого характера вмешательством иностранцев, имевших целью политическое ослабление России и ее подчинение папству.

Детальный анализ Смуты можно найти в творческом наследии В.О.Ключевского. Он считал, что Смута питалась рознью классов всего земского общества. Однако расшатанный государственный порядок обнажил духовно-религиозные скрепы порядка общественного. Общественный порядок не разрушился до основания. Борющиеся друг с другом классы объединились перед лицом  противоземских и чуженародных сил на основе национального и религиозного начал.

С позиции В.О.Ключевского, Смута во много была обусловлена вотчинно-династическим взглядом на государство. Политические понятия Московской Руси отставали от реалий народной жизни. В общественном сознании Московское государство воспринималось как хозяйство, собственность московских государей. В действительности же, в XVI веке оно уже имело все основания считаться  народным союзом.

Унаследованное от удельного времени архаическое политическое мышление, представленное вотчинным взглядом на государство, нуждалось в преодолении. Идею государства московского царя должна была сменить идея государства русского народа.

С точки зрения В.О.Ключевского, классы Московского царства не были связанны с правительством идеей общего государственного блага. Мысль о народном благе до Смуты не была тем узлом, который скреплял все отношения в Московском царстве.

Следуя В.О.Ключевскому, Смута была обусловлена и отсутствием подобающего соответствия между правами и обязанностями в общественно-государственном порядке, имеющем тяжелые тягловые основания, неравномерным распределением государственных повинностей, влекшим за собой социальную рознь.

По мысли русского историка, личные и сословные права, частные интересы, в основном, целиком приносились в жертву государственным обязанностям. При пресечении династии все классы московского общества охватило стремление облегчить свое положение, занять лучшие социальные позиции, и они последовательно учувствуют в Смуте.

Историк приходит к выводу, что в ходе Смутного времени произошло изменение политического мышления. Общество приучилось действовать осознанно и самостоятельно. Народная воля была осмыслена как  политическая сила. Государь стал восприниматься народным избранником. В итоге Смуты утвердилась идея народного русского государства — идея народа  соединились с идеей государства.

Взгляды В.О.Ключевского были творчески развиты С.Ф. Платоновым.     Русский ученый связывает восстановление национального государства с тем, что под знамена ополчения встало консервативное ядро общества. При этом большая роль принадлежала средним классом Московского государства, их союзу. В итоге победы ополчения в социальной борьбе была осуществлена смена правящего слоя  страны. Старая знать уступила место средним классам общества.

Не называя Смуту революцией, С.Ф. Платонов отмечает вызванные ей глубокие изменения во внутреннем строе российской жизни. В ходе Смуты было покончено с боярской олигархией, центр тяжести был перемещен с боярства на дворянство, стала реальностью смена  правящих слоев общества.

Смута произвела глубокие изменения  в общественно-политическом сознании Московского царства. Из холопов государя, занимавшихся хозяйственной деятельностью на территории его владений, население страны превращается в сознательных граждан отечества. Обитатели вотчины увидели себя гражданами, имеющими обязанность строить и блюсти отечественный дом. Государство начинает восприниматься как форма народного общежития.

Следуя С.Ф. Платонову, развал государственного порядка в ходе Смуты обнаружил значение местного самоуправления. Агенты самоуправления стали реальной властью. Нишу правительственных распоряжений заняли постановления и соглашения местных «миров».

Самоуправляющаяся местная община выступила основанием общегородских всесословных советов, а затем и советов нескольких городов. Советные люди объединились в общеземском соборе, обладающим высшей властью в государстве.

Выборный «совет всея земли», созданный на фундаменте местного выборного представительства, совет земских выборных людей стал верховным руководителем дел страны, ее хозяином. «Великое земское дело», ищущее общей пользы, опрокинуло старые вотчинно-государственные представления, заменив их государственно-национальными.

С.Ф. Платонов считал, что события Смуты вызвали к жизни модернизационное движение в российском обществе. После Смуты начинается интенсивное заимствование западных достижений науки и техники, сопровождающееся их творческим развитием.

Значимыми представляются размышления о Смуте и ученика В.О. Ключевского  П.Н. Милюкова. Последний видел итогом испытаний Смутного времени победу национальных идеологий  XV и XVI вв. во внутренней политике Москвы. Особое внимание он уделяет теории демократической монархии Ивана Пересветова, включающей идеи защиты властью автономии личности, непосредственной опоры власти на народ, утверждение свободного самовластия человека, неприятие олигархических форм правления.
Демократическо-монархический идеал Пеpeсвeтовa укоренился в сознании общества XVII в. в течение Смутного времени. Он оказался востребованным во внутренней политике. Решающее значение в преодолении Смуты историк отводит среднему классу.

Важное место занимает осмысление Смутного времени в творчестве Александра Александровича Кизеветтера. Выдающийся отечественный историк (воспринимал себя последователем С. М. Соловьева и В. О. Ключевского), публицист и политический деятель (был избран членом ЦК партии кадетов, являлся соратником П.Б.Струве) считал, что характерной чертой русского народа является способность к самоуправлению. Данную способность русские пронесли  через свою историю, несмотря на крайне суровые условия государственного развития.

Анализируя Московское государство XV — XVII века,  он указывал на невозможность его отождествления с восточными деспотическими теократиями, где общественная жизнь служила пластическим материалом в руках государственной власти.

Верхние этажи русского государственного здания опирались на  общественную самодеятельность многочисленных земских миров, их общественно-творческий почин. В основу государственной политики ложились народные инициативы, оформленные в качестве мирских челобитий. Коллективные челобитья оказывали непосредственное воздействие на правительственное законодательство.
С позиции А.А. Кизеветтера, преодоление Смутного времени было обусловлено мощной общественно-союзной организацией народных масс, политической активностью средних классов, запросами которых определялась внутренняя политика  после Смуты.

Изложенные теории носят, в целом, взаимодополняющий характер, позволяя получить целостную картину интересующего нас периода. В конце XVI столетия общество охватил духовный кризис, оно стало раздираться эгоистическими устремлениями, стремительно терять единство. Социальные силы охватывает взаимная вражда. Часть общества делается носителем антиобщественных и антигосударственных «идеалов». Ситуация усугубляется, с одной стороны, распространенным вотчинным взглядом на государство, с другой – отсутствием продуманного соответствия между правами и обязанностями. Сверх того, на ход событий влияют враги страны. Они развязывают вначале информационную войну, стараясь перепрограммировать общественную идентичность, а затем и открытую интервенцию.

Благодаря духовному возрождению пробуждаются созидательные общественные силы. Будучи носителями государственного начала, они используют в качестве программ национальные идеологии, разработанные в XV –XVI веке. Обладая высоким национальным и гражданским самосознанием, они побеждают в борьбе. Особая роль в победе принадлежит средним классам. В результате развивается национальное государство,  набирают темпы модернизационные процессы, ликвидируются попытки установления олигархического режима, торжествуют средние слои общества.

Анализ Смуты отечественными историками позволяет увидеть ее судьбоносным этапом российского исторического процесса. Акцент на созидательной деятельности духовно преображенных общественных сил приводит к заключению, что неотъемлемой частью отечественной истории  является история гражданского общества, пронизанного духом патриотической солидарности, выступающего опорой государства. При этом развитие гражданского общества теснейшим образом связано с формированием государства национального, утверждением национально-государственных представлений в общественно-политической жизни. Рост национально-гражданского самосознания приводит к активизации модернизационных процессов, ибо ответственный гражданин призван творчески строить свой дом-отечество. Модернизация становится домостроительным делом. Заимствования органически приобретают творческий смысл, так как самостоятельно возводится не чужой, а собственный дом и возводится на солидном историческом фундаменте.

2. Консервативная интерпретация Смутного времени:
восстановление ценностно- консолидированным гражданским обществом государственного порядка.

В творческом наследии славянофилов можно обнаружить целостную трактовку Смуты. Конечно, речь идет уже не просто об историческом анализе событий. Историческое рассмотрение углубляется социально-философским.

Славянофильство видело отечественную историю через призму органического взаимодействия Государства и Земли. Государство связано с областью внешней принудительной правды. Область внутренней правды, правда духовной жизни, духа и слова принадлежит Земле.
Земское дело — общественная жизнь народа в органической связи с его духовным развитием. Имеется ввиду жизнь нравственно-общественная, предполагающая стремление к духовной свободе. Дела Земли глубоко связаны с широким развитием самоуправления.
Соучастие в земской работе подразумевает деятельность наравне со всеми, восприятие человеком себя как свободного творца, обладающего равным достоинством с другими. Это дело народное, а не аристократическое.

Когда в ходе Смуты стало разрушаться государственное здание, то под ним открылось крепкое земское устройство. Земские силы восстановили государство. Смута продемонстрировала всю силу Земли при развале государственного порядка.

Говоря о Государстве и Земле, славянофилы, несомненно, ставили проблему взаимоотношения государства и гражданского общества. Различая правду внутреннюю и правду внешнюю, русские мыслители указывали на отличие закона нравственного от закона формально-юридического.
Внутренний нравственный закон требует свободных нравственных поступков как следствия нравственного достоинства личности. Формальный внешний закон призывает к нравственному действию по суждениям юридического характера, не будучи озабоченным целостным нравственным развитием человека. При этом оба закона обязательны, конечно, если внешний закон откровенно не противоречит внутреннему.

Акцентирование разницы закона нравственного и закона формально-юридического славянофилами призвано было показать, что духовно-нравственные принципы, никоим образом не исключая права, имеют бесконечно большую глубину.

Русских мыслителей необоснованно критиковали, вменяя им в вину проповедь юридически бесформенного государства, построенного исключительно на нравственных началах. Однако политическое учение славянофилов не означало отрицание юридических форм. Их правовая теория не нацелена на отнятие самостоятельности у принципа права, растворение права в нравственности.
Тем не менее, для славянофильства характерно отвержение духа юридического формализма, неприятие отвлеченного права, внутренне оторванного от нравственных корней. Они считали, что оторванность права от целостной религиозной нравственности порождает соблазн абстрактного юридизма, «религию права», которая может обернуться коллизией права и духовности.
Отводя принципу права достойное, но подчиненное место в иерархии ценностей, славянофилы, несомненно, предвидели опасность формальной демократии – демократии, оторванной от духовно-нравственных корней.

Подчеркивая, что внешняя юридическая форма вполне не исчерпывает истины и справедливости, что правовой порядок питается нравами, они были обеспокоены возможной утратой высших ценностных санкций государственной жизни, возможной духовной беспочвенностью государственного бытия.
С позиции славянофилов,  российская власть в своей деятельности опиралась на общественное мнение народа. Ее сила в народном доверии. Будучи  олицетворенной волей народа, она проявляла себя силой служебной. Выражая народную волю, она вела его по избранному им же пути. Ее работа обусловлена ценностными началами народного организма. Более того, она сама есть его часть.

Прислушиваясь к голосу народа, угадывая его потребности, власть не имеет права навязывать народу искусственные планы, не вытекающие органически из его жизненных принципов. Систематическое вторжение во внутреннюю жизнь Земли, исходя из искусственных планов, приводит к парализации народных сил,  подрывает основы государственного развития.

Славянофильский идеал гражданского общежития — союз людей, основанный на нравственном начале, управляемый внутренним законом. Созидаемое духовными силами народа гражданское общество опирается на требования высшей нравственной справедливости. Его мирская соборность формируется исходя из требований законов духовно-нравственных.

Подобный идеал был осуществлен в российской истории. Гражданское общество России выступало носителем представлений о духовности и нравственности. Именно опираясь на них государство формировало внешние юридические нормы, правовой порядок. Организация внешнего закона, положительный закон государства зиждился на заветах правды внутренней, советах Земли. Государственная власть была обязанной ей своим развитием.

Отсутствие детально разработанной терминологии при описании взаимодействия гражданского общества и государства давало повод для ошибочной интерпретации славянофильского учения. Так, из тезисов о взаимном невмешательстве правительства и народа, безвластности народа и полновластности государства,  разграничении сфер деятельности Государства и Земли, утверждении, что  народ не должен государствовать делались неверные заключения о склонности славянофилов отрицать практическую необходимость и ценность государства.

В действительности же, славянофилы критически воспринимали отношение к государству и праву как к цели, когда принципы власти и права выпадают из контекста более глубоких духовно-нравственных начал. В их учении, Государство и общественные союзы Земли не только неслиянны, но и нераздельны. Внутренняя жизнь Земли органически перерастает во внешнюю жизнь государства. Глубинное соработничество Земли и Государства есть коренное явление российской истории.

Если следовать славянофильским идеям, то события Смуты показали, что ценносто-консолидированное гражданское общество является подлинной опорой государственного развития. Государство восстановило пронизанная солидарностью и патриотизмом Земля. Без участия земских сил Смута могла бы завершиться катастрофическим финалом. Во внутренней правде Земли обнаружилось основание внешней государственной правды.

3. Консервативная интерпретация Смутного времени: гражданское нациестроительство в конце XVI — начале XVII столетий

Государственник-консерватор П.Б.Струве  связывал события Смутного времени с революцией. Говоря о революции конца XVI и начала XVII вв., он выделяет ее оригинальные черты. Следуя мыслителю, к ним можно отнести  победу здоровых государственных сил общества, минуя реакцию. После победы революции реакции не последовало.

Другая оригинальная черта Смуты состояла в том, что она была связана с движением национально-религиозной самозащиты. Иностранная интервенция придала Смуте характер национально-освободительной борьбы.

Мыслитель считал, что в ходе Смуты нацию возглавили консервативные силы общества, обладающие способностью к активному общественно-государственному  созиданию. Национально-государственные земские элементы победили анархические и антигосударственные. В Смуте осуществилось утверждение принципов гражданского нациестроительства.

Однако в эмиграции, не без влияния С.Ф.Платонова, происходит отказ П.Б.Струве от теории Смуты как революции.  Им делается акцент на осмыслении внешних факторов в развитии Смуты, отмечается, что в ней существенную роль сыграла иностранная интрига, которой Россия не смогла сразу организовать национальное сопротивление, страны Запада рассматриваются во многом в качестве инициаторов Смуты. Россию, на его взгляд, спасло руководимое идеальными мотивами охраны веры и восстановления государства национальное движение средних классов — движение, вдохновляемое духовенством как интеллигенцией страны.

Очевидно влияние на идеи мыслителя теории Костомарова  (подчеркивание значения внешних факторов), а также концепции Соловьева,  Ключевского и Платонова.
Отметим, что с позиции П.Б.Струве революции связаны с развитием нового правообразования. Они имеют правовой умысел и правовой смысл, воздвигают новое право, становится  правообразующим фактом. Революция – бунт, который стал правом.

Далее, революция понимается им как умышленное действие, вдохновляемое идейным замыслом. Она есть то, что сознательно творится. Безусловно, победившие в Смуте созидательные силы имели свой замысел. Речь идет о торжестве религиозно-национальных идеологий в общественно-политической жизни, торжестве сознательном. Причем смыслы идеологий воспринимались универсальными.
Программы средних слоев общества были национально-консервативными, не подразумевали разрыва с традицией. Напротив, имели ввиду ее творческое развертывание, что невозможно вне осознанного отношения к ней. Именно поэтому после Смуты начинается активное освоение  европейской науки и техники, их творческое включение в национальную жизнь.

Принято считать, что революции, основанные на принципах проективности, связаны с европейской историей Нового времени. Проективность предполагает построение общественно-государственного бытия на базе разработанных принципов,    универсальность преображающих мир рациональных программ,  проектно-конструкторские замыслы, воплощение которых, конечно, отнюдь не всегда приводит к ожидаемым результатам.

Конечно, Смута не была  классической революцией эпохи Нового времени. Однако не может быть она сведена и к периоду истории, не принесшему серьезных изменений общественной жизни. Стоит только упомянуть о том, что было покончено с попытками установления боярской олигархии, боярство было окончательно превращено в служилое сословие (осуществлена программа И.Пересветова).

Смута связывается П.Б.Струве с формированием гражданской нации. Нации, на его взгляд, образуются на фундаменте культурной общности, являются итогом культурной работы, объединяют тех, кто участвует в общей культурной жизни. Сила нации измеряется силой ее культуры.
Образуя государственное тело, нация не исчерпывается им. При этом гражданская нация видится П.Б.Струве единством государства и народа, где культура объединяет нацию и государство.
Будучи последователем теории естественного права П.И.Новгородцева, мыслитель считал, что система объективного права во многом обусловлена правом нравственным, укорененным в культуре. Так, для него «Великая Россия» как правовое государство укоренена в Святой Руси.     Государство и право конституируются не без влияния культурных и, глубже, нравственно-религиозных начал.

Следуя мыслителю, Национальная Идея России заключается в органическом соединении государства и нации, срастворении национального начала с государственным, т.е. развитии гражданской нации. Это и данность и задание одновременно, поскольку государство и народ — творчески формирующиеся величины.

Русская национальность, включив в славянское ядро множество иных расовых элементов, будучи национальностью сложного этнического состава, стала инициатором гражданско-национального проекта. В ходе Смуты оформляется гражданско-национальное самосознание, утверждается нация как соборная индивидуальность.

Развивая идеи П.Б.Струве, важно говорить о победе культурного и религиозного дела в начале XVII века. Борьба за государственную целостность была связана с всенародным подвигом духовного обновления. Ополчение стало культурным победителем. Его герои — строителями духовно-нравственного порядка. Преодоление противогосударственного духа означало преодоление духа противокультурного.

Итогом Смуты стало культурно-нравственное строительство нации, переплетенное с ценностно ориентированным государственным строительством. В гражданской нации была достигнута свободная и органическая гегемония русской культуры. Она развивается при опоре на русскую культурную традицию, уходящую своими корнями в православную культуру веры. В гражданском нациестроительстве русская культура раскрывает свое универсальное значение. Гражданский национализм становится национализмом открытым, базирующимся на свободной силе русской культуры.

4. Консервативная интерпретация Смутного времени: формирование гражданской нации в Национальной Империи

Понять теорию гражданского национализма П.Б.Струве сложно без изучения его воззрений на пути российского имперского и национального строительства. С позиции мыслителя, Россия развивалась как Национальная империя. В политическом развитии страны между собой тесно переплелись два процесса: строительство национального государства и образование имперского пространства. Сложение национального государства и многонародной Империи протекало во многом синхронно. «В политическом развитии России мы видим два процесса, тесно между собой связанные и в то же время в известной мере и в известном смысле расходящиеся. С точки зрения историко-социологической, нет в образовании государств различия, быть может, более основного и решающего, чем различие между единым национально-сплоченным, национально-целостным государством и Империей, образуемой из объединения под какой-то единой верховной властью разнородных в национально-этническом смысле территорий. То, что делали и сделали московские цари, уже было в одно и то же время и образованием национального государства и созданием Империи», — утверждает мыслитель(1).

Струве считает, что в европейской истории наиболее ярким и  завершенным типом формирования целостного национального государства было формирование государства французского. «К этому типу приближается процесс образования московского государства, поскольку оно, это образование, держалось в пределах территорий, освоенных великорусским племенем, и состояло в присоединении к Москве двинских областей, Новгорода, Вятки, Пскова, Твери, Рязани. Тут чисто русские государства, и притом государства великорусские, объединились в некое единое политическое целое, с единым национальным составом. Тут не было еще Империи», — пишет он(2).

Когда же становится очевидным процесс формирования Империи? Имперский путь Москвы делается явным с присоединением татарских государств.

Хотя официально процесс построения Империи начался при Петре, имперский характер образования русского государства просматривается в московский период,  имея «свое яркое словесное выражение в том, что слово “государство” прилагалось не только ко всему государственному целому, но и к отдельным его частям (например, к Новгороду Великому, к Казани) и после их окончательной инкорпорации в московское государство»(3).

«Империя в том смысле, в каком я говорю сейчас о России, с момента присоединения Казанского царства и кончая установлением русского верховенства над Хивой и Бухарой в 1873 г., есть понятие историко-социологическое», — утверждает мыслитель(4). Представляя с XVI столетия имперское пространство с историко-социологической точки зрения, Московское царство было Империей до Империи.

Отметим, П.Б.Струве верно указывает на то, что Империи могут находится под покровом различных форм государственного устройства, их юридическая природа может быть трудно определима. Так, Российская Империя в государственно-правовом смысле никогда не была федерацией. Тем не менее, «различие между целостно-национальным государством и многоплеменной и многокультурной империей во всяком случае имеется налицо, при наличии известных реальных бытовых условий, какие бы юридические формы ни принимало государственное устройство данного государства»(5).

«Рядом с процессом сложения огромной, многоплеменной и многокультурной Российской империи происходил и процесс скрепления и сплочения этой империи цементом преобладающей национальности, русской, давно уже переросшей племенные рамки великорусского племени», — утверждает мыслитель(6). Так формируется Империя Национальная.

Для П.Б.Струве, Россия как Национальная Империя представляет собой государство многонародное, государство-империю. В тоже время, речь идет о государстве, обладающим национальным единством. Последнее обретается через свободное доминирование русской культуры, органичную интеграцию вокруг ее смыслов.

Посредством русской культуры с различными народами устанавливается глубинная духовная связь. Такая связь образуется свободно. Однако имперское строительство означает, что с различными народами может устанавливаться как свободная культурная связь, так и чисто государственная.
Характерная черта Национальных Империй – наличие национального ядра и осуществляющей свободное доминирование национальной культуры. Русское национальное ядро исторически росло за счет расширения, а не уплотнения. Расширение сопровождалось усилением значения культурного фактора на имперском пространстве, играющего великую консолидирующую роль.
Любопытно отметить, что с точки зрения П.Б.Струве впервые формула Национальной Империи была обретена кн. Андреем Курбским, предложившим словосочетание «Святорусская Империя».
Смута XVII столетия – важный этап развития Национальной Империи. В итоге Смуты укрепляется общерусская гражданская нация, крепнет гражданско-национальное единство, что создает основы для дальнейшего развертывания имперских практик государственного и национального строительства.

5. Консервативная интерпретация Смутного времени: преодоление Смуты как результат восстановления святынь

«Каждый раз,  когда я перечитываю замечательное изображение Смутного времени в курсе Ключевского и по обыкновению нахожу множество сходств того времени с нашим,  я с особенным вниманием останавливаюсь на следующих словах нашего блестящего историка: «В конце 1611 года Московское государство представляло зрелище полного видимого разрушения… Государство преображалось в какую-то бесформенную,  мятущуюся федерацию. Но с конца 1611 г. , когда изнемогли политические силы, начинают пробуждаться силы религиозные и национальные,  которые пошли на выручку гибнувшей земли». В этих словах я вижу не только превосходное историческое обобщение,  относящееся к прошлому,  но и не менее замечательное предуказание,  важное для будущего», — писал П.И.Новгородцев в работе «Восстановление святынь»(1).

Мыслитель рисует картину Смутного времени, опираясь на наследие Ключевского. Общественные классы  развязали социальную борьбу, поставив свои нужды и стремления выше национальных.  «Когда же засевшие в Москве поляки вызвали против себя первую попытку объединения русских людей в виде первого земского ополчения,  социально-политические противоречия разорвали и обессилили эту рать.  Пока отдельные политические группы соединялись во имя своих особых политических интересов, их соединение оказывалось непрочным, и они изнемогали во взаимных спорах.  И только тогда,  когда новые и тягчайшие бедствия заставили всех забыть свои особые интересы во имя общего национального интереса, когда разрозненные политические группы превратились в единую политическую рать,  восставшую на спасение веры и государства,  тогда только Русь была спасена», — пишет П.И.Новгородцев(2).    Мыслитель убежден, что восстановление народного и государственного единства осуществилось под знаменем национального начала.

Для П.И.Новгородцева Смута сочетала в себе энтропийную и созидательную фазы. За этапом диссолюции, распада государственного и народного организма, торжества центробежных, разрушительных стремлений, последовало пробуждение национального чувства, сознания общей ценностной связи, что привело к собиранию народных сил и восстановлению государственного единства.

Мыслитель сравнивает Смуту в России с революцией XVIII века во Франции, отмечая основную роль национального начала в преодолении потрясений и раздоров, обретении гражданского мира. Видит он и различие событий в России и Франции. «Пока в Смутное время думали о своих интересах,  о своих землях и домах,  о своих вольностях и льготах,  все шло вразброд.  Когда же по  призыву Ермогена,  Дионисия и Авраамия встали на защиту отечества и веры православной и пошли для того,  чтобы  отстоять «церкви  Божии» и «Пресвятыя Богородицы Дом»,  как говорили в то время,  тогда Русь была спасена», — пишет он(3).

Пробуждение национального сознания в начале XVII века П.И.Новгородцев связывает с пробуждением высших духовных связей в жизни народа. Возрождение России было восстановлением святынь в народной душе. Именно восстановление святынь объединило народ, связало настоящее с прошлым, осуществило межпоколенный синтез.

Восстановление святынь было нравственным возрождением, обретением духовных сил для героических и подвижнических усилий, направленных на созидательное дело. Оно привело к формированию крепкого духовного стержня общественно-государственного строительства, обретению его органических основ.

Анализ Смуты П.И.Новгородцевым сопровождается утверждением принципов гражданского нациестроительства. Он пишет: «…Помимо таких отвлеченных принципов,  все,  живущие в России,  выросшие в колыбели русской культуры и под сенью русского государства,  и могут,  и должны объединяться и еще одним высшим началом,  прочнее всего связывающим,  а именно — преданностью  русской культуре и русскому народу. В идеальном смысле своем это и есть именно высшая духовная связь.  Она отнюдь не означает отрицания национальных  и культурных  особенностей отдельных групп населения.  Пусть каждая из них чтит и развивает свою культуру, но чтит и развивает ее на почве уважения  и  преданности  великим  сокровищам  русской культуры.  Это не угнетение,  а приобщение  к высшему единству,  к единству и общению не только формально-юридическому, но и духовному»(4).
Следуя мыслителю, народные святыни представляют собой  великую силу духовного сцепления. Они сплачивают воедино народный организм. «Это — святыни религиозные,  государственные и национальные  не в  смысле общеобязательных  догматов и единообразных форм,  вне  которых все  принадлежащее к данному государству и к данной нации отметается и подавляется,  а в  общем значении  руководящих объективных начал,  пред  которыми преклоняется  индивидуальное сознание,  которые оно признает над собою господствующими.  В пределах данного государства могут уживаться разные веры и могут бороться разные политические воззрения; в нем могут существовать рядом разные народности и наречия; но для того чтобы государство представляло собою прочное духовное единство, оно должно утверждаться на общем уважении и общей любви к своему общенародному достоянию,  и оно должно в глубине своей таить почитание своего дела,  как дела Божия.  И неверующие по-своему могут разделять это почитание, этот культ своей родины,  поскольку служение ей они признают делом достойным и правым и поскольку в защите этого дела они готовы идти на всякие жертвы,  даже и на пожертвования жизнью своей и своих близких: это и значит именно, что они до конца вырывают из своего сердца корень эгоизма во имя высшей идеальной связи,  пред которой они самозабвенно и благоговейно склоняются», — утверждает он (5). И далее : «Государство не может принудить всех к единообразному культу,  и сыновняя привязанность к нему граждан,  как к своему отечеству,  как к делу своих отцов,  не может выливаться в форму рабской покорности одних групп пред другими, господствующими  и  возвеличенными.  Истинный  патриотизм….  предполагает родину-мать,  которая не знает различия сынов и пасынков; он предполагает отчизну-семью, в которой все люди братья,  отличающиеся между собою не искусственными признаками,  а природными дарованиями и личными заслугами»(6).

П.И.Новгродцев считает, что «уживаясь вместе в дружном союзе гражданского единства,  отдельные народности и группы каждая по-своему могут благоговейно чтить свою родину и возносить молитвы Богу о ее богохранении; но если никакая народность не возносит этих молитв о своем государстве, если никто не верит больше в свое государство,  не любит и не чтит его, такое государство существовать не может»(7).

Итак, Смутное время для мыслителя предстает периодом пробуждения национального начала, важным этапом религиозно-культурного строительства и проистекающего из него национального.
Очевидна консервативная составляющая мировоззрения П.И.Новгородцева. В рамках консервативного мышления социально-политические процессы мыслятся включенным в культурно-ценностные и духовно-религиозные. Последние несводимы к первым, но именно они определяют векторы их развития. В начале XVII века через духовное преображение, творческое возобновление религиозно-культурного порядка было достигнуто восстановление порядков социального и государственного. Именно творческое развертывание идеальных начал, восстановление святынь повлекло существенные социально-политические изменения.

Рассмотрение событий Смуты сочетается мыслителем с выдвижением принципов строительства гражданской нации на основании общего уважения  к великим  сокровищам  русской культуры.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *